Супруга известного скульптора Сергея Коненкова, княгиня Доротея Ливен и советская писательница Зоя Воскресенская стали героинями новой выставки в петербургском музее политической истории России. Все эти женщины были агентами внешней разведки.

Экспозицию «Погоны чекиста на женских плечах», посвященную женщинам-сотрудницам органов госбезопасности, открывает портрет княгини Доротеи Ливен, первой российской женщины, снискавшей славу разведчицы.

Тяга к сыску у княгини, приходившейся родной сестрой шефу жандармов Александру Бенкендорфу, судя по всему, была в крови.

Госпожа Ливен собирала информацию, устраивая светские салоны в Лондоне, где ее супруг граф Ливен служил послом Российской империи. Добытую информацию княгиня передавала брату или напрямую министру иностранных дел Карлу Нессельроде. Известно, что данные, собранные агентом Ливен, помогли императору Александру Первому правильно сформулировать российскую позицию на Венском Конгрессе в 1814 году.

«Изучая архивные материалы, связанные с историей органов госбезопаности, как бы они не назывались: третье отделение, ЧК или КГБ, мы непременно сталкиваемся с именами незаурядных женщин», — говорит Людмила Михайлова, заведующая филиалом государственного музея политической истории России.

Что привлекало во внешней разведке изящную выпускницу Смольного института? Доротея Ливен стала агентом исключительно из чувства патриотизма, считает Михайлова.

«Денег и драгоценностей у нее было более, чем достаточно. Княгиня ни в чем не нуждалась, — рассказывает историк. — Будучи амбициозной женщиной, Доротея Ливен стремилась внести свой собственный вклад в укрепление положения России на мировой арене».

Женская логика

В отличие от советского времени, в царской России женщины не занимали крупных постов в разведке, и служили, в основном, агентами.

Среди них была Анна Серебрякова, державшая в начале ХХ века подпольный салон социально-демократического направления, обеспечивая членов организации паспортами и финансовыми средствами. В итоге, полиция могла не только контролировать это движение, но фактически руководить им.

Однако массовый приход женщин в органы госбезопасности произошел после революции 1917 года.

«Было бы большой оплошностью со стороны советской власти не пустить женщин в разведку, — считает Михайлова. — Предсказать своеобразную женскую логику намного труднее, чем просчитать традиционный мужской рационализм. К тому же, женщины могут быть чертовски обаятельными и дьявольски хитрыми».

Людмиле Михайловой симпатичны героини выставки. По ее словам, судьбы этих женщин достойны быть описанными в детективах или любовных романах.

«Маргарита Коненкова была красавицей, ею восхищался Альберт Эйнштейн, — говорит заведующая музеем. — В ее задачу входило наблюдение за Робертом Оппенгеймером, создателем американской атомной бомбы».

Коненковы прожили в США почти 20 лет, с 1924 по 1945. Супруга скульптора числилась в агентурных списках под кличкой Лукас.

По крупицам

Петербургская выставка рассказывает о судьбах 30 женщин, сотрудничавших с органами госбезопасности. Среди экспонатов платье шифровальщицы времен Второй мировой войны, перочинный ножик Зои Воскресенской, фотографии и документы.

Воскресенская, чьи книги настойчиво рекомендовали советским школьникам в качестве дополнительной литературы, начинала карьеру советским агентом в Харбине. Свою деятельность она завершила в системе ГУЛАГа, в должности начальника отдела Воркутинского лагеря для политзаключенных.

Авторы экспозиции избегают политических оценок и не стремятся оценивать систему. Интерес для кураторов представляют разведчики, и брать на себя оценку этической стороны их работы сотрудники музея не берутся.

«Политический контроль существует в каждом государстве, без него невозможно обойтись, — уверена Людмила Михайлова. — Если страной руководят умные люди, то агентурные данные используются для предотвращения политических переворотов и экономических диверсий».

Собирать материал о жизни разведчиков музейщиками приходится долго и по крупицам. Мемуаров они не оставляют, а архивных документов для эмоционального рассказа явно недостаточно.

«Иногда уходит несколько лет на то, чтобы уговорить родственников предоставить для выставки хотя бы одну фотографию, или разыскать нужного человека», — рассказывает Людмила Михайлова.

24 июня 2004 г., 16:32 GMT 20:32 MCK

Галина Столярова

для bbcrussian.com, Санкт-Петербург

Би-би-си

Наши партнеры