У балерины Анастасии Волочковой много титулов – и официальных, и теми, что наградили ее зрители и журналисты. Героиня тысяч публикаций в СМИ, телерепортажей и светской хроники. В рейтингах популярности неизменно занимает верхние строчки. Но при этом Волочкова почти не дает интервью.

Анастасия, профессиональный век балерины, как правило, очень короток. Вас не смущает это обстоятельство? Вы уже решили для себя, как долго вы будете на сцене?

— Я еще потанцую! А вообще то век балерины на сцене не так уж и короток – с 18 до 38 лет – целых два десятилетия! Так что впереди у меня новые балетные проекты. А дальше? И сейчас, и дальше есть много перспектив – и кино, и театр, и телевидение. А, может быть, и собственная балетная студия, а, может быть, и собственный театр. Конкретно сейчас думаю о создании монодраматического спектакля.

Много говорят о том, что есть балет классический и есть современный. Вы «за» или «против» такой классификации? Она вообще имеет право на существование? Какой балет вы предпочитаете?

— Да, есть балеты классические, есть современные, есть нео и просто модерн. Я – за все вместе, и «за» классику, и «за» современность. «За» сохранение классических, образцовых традиций в балете, но и «за» придание балету современных форм, что поможет привлечь к нему более массового зрителя. Я являюсь выпускницей классической балетной школы, которую закончила, кстати сказать, с красным дипломом, и как ведущая балерина Мариинки и Большого театра станцевала практически весь классический репертуар. Но, в то же время, у меня есть собственная балетная программа, которая построена на более современных композициях, базой которых является классика.

Вы – чуть ли не единственная известная балерина, ставшая мамой и вернувшаяся на сцену. Вы взвешивали «за» и «против» (в смысле того, что с большой сценой, возможно, придется попрощаться) или не раздумывали над тем, что у вас появится ребенок?

— Не раздумывала нисколько. Хотя, признаюсь, какие-то страхи и опасения поначалу были – не столько, что я распрощаюсь навсегда с балетом, сколько, что не смогу вернуться на сцену в нужной форме. Но мобилизовала себя, приложила все силы к тому, чтобы работать до последнего, что и получилось – находясь на третьем месяце я еще танцевала свои программы. Я ходила в балетные классы с первого до последнего дня беременности, даже на отдыхе – в Малайзии и на Кипре. А после родов, на третий день после них пришла в Большой театр, встала к станку и начала репетиции, а еще через полтора месяца станцевала «Баядерку» в Театре балета Юрия Григоровича. Причем форма была лучше, чем до рождения Ариши.

Почему вы дали себя втянуть в ту историю с вашим увольнением из Большого театра, о которой и сегодня много пишут и говорят? Не проще было бы высокомерно не замечать суету, в которой вас пытались превратить в чуть ли не бесталанное чудовище?

— А если бы вас уволили без соблюдения закона, а если бы вас выкинули как ненужную тряпку – я бы посмотрела, как вы высокомерно старались бы не обращать вниманию на суету… Какая суета? К этой истории было привлечено внимание всей мировой прессы! И в этой ситуации моей задачей было отстоять свое достоинство, свою честь и показать своему зрителю, что меня уволили вовсе не потому, что я, например, толстая, а что причина увольнения крылась совсем в другом – в руководстве Большого и отношении этого руководства к балерине Волочковой.

Пожалуй, это была самая сложная ситуация в моей жизни – раздавались звонки с угрозами, в Киеве вообще угрожали холодным оружием, я не могла жить в своей квартире, параллельно обрушились на мою голову два судебных процесса.

Почему вам так важно танцевать на сцене именно Большого театра?

— Я танцевала в Большом 5 лет. И была приглашена Владимиром Васильевым. Со мной работал легендарный Юрий Григорович, который вернул меня в Москву из Лондона.

Почему, когда вас «убрали» из Большого вы выбрали, не тот или иной зарубежный театр (наверняка, такие приглашения были), а отправились в российскую провинцию, за Григоровичем?

— Следовать за Григоровичем – это великое дело и большая честь. Была же ведь не только провинция, были гастроли этого театра – и по России, и за рубежом. Быть прима-балериной Театра Григоровича – это держать даже более высокий уровень, чем прима-балерина Большого театра. Григорович своим подвижничеством показал, что большой балет существует не там, где Большой театр, а там где большие профессионалы.

С кем из великих русских балерин современности вам приходилось общаться?

— Мне, в первую очередь, повезло с педагогом. Это была великая русская балерина Наталия Дудинская. В Большом — номер один – Майя Плисецкая, Екатерина Максимова, Надежда Павлова, Римма Карельская, Нина Семизорова, Наталья Кондратьева. Недавно, к сожалению, не стало Натальи Бессмертновой.

Как вы думаете, чем вызван повышенный интерес СМИ к вашей персоне?

— Тем, что я стала личностью, которая интересна людям. Причем интересным для них является не только мое творчество, но и мой образ жизни, ход моих мыслей, неординарность моих поступков, ломка стереотипов. Выпуск DVD, съемки клипа на 9-ом месяце беременности – это ведь я все сделала первой.

Чье внимание в жизни вам особенно важно – родителей, дочери, супруга, зрителей, друзей, коллег, критиков, СМИ?

— Конечно же, близких – родителей, Ариши, тех людей, которые работают рядом со мной. Уже потом зрителей. А СМИ и критиков мне вообще неинтересно. Их дело писать, а мое быть, а не казаться.

Где вы проводите сейчас большую часть своего свободного от выступлений времени – в Москве или родном Санкт-Петербурге? Как вам вообще дался этот переезд? Говорят, что коренному петербуржцу тяжело «прижиться» в Москве? Вам это удалось?

— По правде говоря, большую часть своего свободного времени я провожу в самолете. А живу в Москве, в Санкт-Петербурге бываю редко. Сам переезд дался непросто. В моей жизни уже был один переезд – из Питера в Лондон, так вот он дался мне легче, чем из Северной Пальмиры в столицу, которую я не любила, считала большой и шумной. Но я смогла полюбить Москву, и сегодня она – мой самый любимый город на Земле.

Как вы относитесь к тому, что на ваши выступления идут и как «на балет», и как «на Волочкову»?

— Прекрасно отношусь. Мне гораздо интереснее работать для зрителя, который идет «на меня». Факт, что мое имя собирает сегодня огромные залы, своего зрителя, которого я привлекаю как к балету, так и к искусству в целом.

Алексей Осипов

Самара today