Своими воспоминаниями о прошедшей войне, об освобождении Освенцима, — одной из гитлеровских «фабрик смерти», делится живой свидетель тех дней и событий Дмитрий Иванович Тельчаров, участник Великой Отечественной войны, известный в Самаре врач-стоматолог, преподаватель Самарского (Куйбышевского) медицинского института.

Когда я вспоминаю те далекие дни войны, я достаю своих стареньких свидетелей тех далеких дней и вместе с ними мысленно прохожу свой фронтовой путь. Это мои командирские карты, это мои спутники войны. С ними я вспоминаю своих боевых товарищей.

В тот воскресный день, 22 июня 1941 года, страна просыпалась как обычно. На берегу Волги расположились палатки летнего лагеря Калининского военного училища химической защиты. В лесной гуще, у самого берега реки, стояло небольшое здание, ценность которого заключалась в его содержании – в нем хранились боеприпасы. Часовой ждал смену, но ее долго не было. Давно уже проснулся лагерь, солнце поднялось над елями, утренняя прохлада сменилась дневным зноем.

Неожиданно завыли сирены, забегали курсанты, офицеры, почему-то стало очень шумно. Пробежавший курсант прокричал:

— Война! Война началась!

Затем был митинг с клятвами о быстрой победе над немецкими фашистами.

Шли месяцы, где-то уже под Калинином были слышны орудийные залпы. Мы были готовы идти в бой. Но увы! Нам были поданы эшелоны, и училище медленно и долго двигалось на Урал, армии нужны были офицеры химической защиты. Настал день, нам присвоили офицерские звания, и всех распределили по частям химических войск.

Наш отдельный химический батальон после пересечения границы с Польшей вошел в состав 14-й гвардейской дивизии 5 Армии 1-го Украинского фронта, ведущего бои на Висло-Одерском направлении. За Вислой в обороне находились войска 2-й и 11-й фашистской армии группы «Центр». Форсировав Вислу, войска 1-го Украинского фронта 19 января 1945 года освободили Краков, а через восемь дней – Освенцим, около которого располагался концлагерь по истреблению военнопленных и гражданских лиц. Не надо быть узником концлагеря, достаточно переступить границу его проволочных заграждений со сторожевыми вышками, чтобы тебя охватил ужас фашистских злодеяний.

За пределами концлагеря и по его территории еле передвигались живые трупы, через прозрачную кожу которых торчали кости скелетов. На их руках, в том числе и у новорожденных, были номера. Трудно было различить половую принадлежность узников, так как все были в единой полосатой одежде, к тому же все были без волос. В бараках на нарах, в хламе тряпья лежали изможденные узники-скелеты с провалившимися глазами…

В концлагерь Освенцим мы вошли, когда еще дымились печи крематория. В Освенциме было пять печей, но они не успевали сжигать привозимые трупы, а поэтому рядом с печами разводились костры для тех же целей. В печах обгорали трупы замученных, кругом валялись черепа с пустыми глазницами, обгоревшие кости.

Сжигаемые узники погибали не только от холода и голода, но и в газовых камерах, после медицинских прививок, стерилизации, введения неизвестных лекарств, рентгеновского облучения и других пыток. Печи Освенцима обслуживали все фашистские лагеря Германии. В центре концлагеря Освенцим имелась самая большая камера смерти, которая одновременно поглощала до 2000 человек, погибавших за считанные минуты после поступления в нее «Циклона Б» (кристаллизованная синильная кислота).

Особенно зверствовали в концлагере над русскими военнопленными. Они содержались отдельно от остальных узников, при попытке к бегству в них разрешалось стрелять на поражение. Более 20 000 русских военнопленных были уничтожены в концлагере Освенцим. На территории концлагеря Освенцим немецкий концерн «Фарбен» построил завод «Фарбениндустр», где узники изготавливали ядовитые газы, которые направлялись во все фашистские лагеря. По договоренности с командованием лагеря концерн по заявкам направлял на работу узников в разные фирмы и производства, где за свой труд ничего не получали.

При поступлении узников в концлагерь у них отбирали одежду, обувь и все ценности. На складах концлагеря кучами и в тюках находились человеческие волосы всех цветов радуги, поношенная одежда, истоптанная обувь, в том числе отдельно и детская, которая отправлялась во все концы немецкого Рейха. После удушья или смерти с узников снимали золотые зубы.

В последние дни января передовые отряды фронта форсировали Одер и вышли на рубеж реки Нейсе. В районе города Мускау на Нейсе была прорвана оборона фашистов и в ходе дальнейших наступлений была форсирована река Шпрее, взят город Шпремберг, а за ним с хода и столица Саксонии – Дрезден, который полностью был разрушен американской авиацией. Сердце Дрездена Цвингер с Дрезденской картинной галереей лежал в руинах. В Дрездене мы встретили нашу Победу. Рано утром 8 мая загремели орудия, стреляло все, из чего можно было стрелять, крики «ура» неслись в воздухе, летело все, что можно было бросать вверх.

Было тепло, солнечно, кругом цвели изломанные деревья, пригнутые тюльпаны и резким своим аром атом обдавала нас чужая сирень. А по дорогам Германии шли узники концлагерей и те, которые были насильно угнаны в рабство. Весь этот поток людей, которым война принесла столько горя, пел, танцевал, кричал «ура» на всех языках мира.

Когда я вспоминаю те далекие дни войны, я достаю своих стареньких свидетелей тех далеких дней и вместе с ними мысленно прохожу свой фронтовой путь. Это мои командирские карты, это мои спутники войны. Одна из них карта Генерального штаба Красной Армии, на русском языке, вторая – Германского Рейха, на немецком языке. Только им одним известны мои сомнения и переживания в те далекие дни войны. С ними я вспоминаю своих боевых товарищей.

Великая Отечественная война – это наша молодость, наша храбрость, наш патриотизм, наша любовь к Родине. Это мы спасли народы России и не отдали ни пяди своей земли врагу. Это мы спасли народы Европы от фашистской чумы.

Война не выбирала ни своих героев, ни своих жертв, она была жестокой не только на фронте, но и в тылу, без героических подвигов народов СССР не было бы нашей Победы.

Д.И.Тельчаров, участник Великой Отечественной войны, Самара.

(Материал получен от редакции газеты «Ваш выбор — вся Самара». Дмитрий Иванович — член Клуба друзей газеты.)