Фотокорреспондент Ъ Сергей Михеев стал жертвой бригады администраторов, охраняющих частную жизнь артистов Киркорова и Пугачевой: журналисту разбили лицо и фотокамеру. Обстоятельства инцидента сейчас изучаются, милиционеры обещают возбудить уголовное дело, признавая, впрочем, что перспективы у него не будет, поскольку связываться со «звездным семейством» вряд ли кто решится.

«Я сразу понял, что сопротивляться бесполезно»

       Нападение на Сергея Михеева было совершено у ресторана «Эльдорадо» на Большой Якиманке. В этот вечер там должен был состояться банкет, посвященный десятой годовщине свадьбы Филиппа Киркорова и Аллы Пугачевой, и наш фотокорреспондент по заданию редакции отправился на церемонию. Юбиляры подъехали около 22.30 – выйдя из пульмана Mercedes, который водитель подогнал вплотную к входу, они тут же направились в ресторан. Стоящий рядом Сергей Михеев успел сделать пару снимков супругов. Госпожа Пугачева ему даже улыбнулась.

       Однако как только именитая пара скрылась за дверью, на Сергея Михеева набросилась ее охрана. Следует отметить, что те люди, которые сопровождают семью Киркоров–Пугачева, числятся не охранниками, а помощниками и заместителями администраторов фирмы «Киркоров продакшнз». Впрочем, любой, кто увидит их, легко убедится в том, что эти мужчины и без пистолетов способны напугать кого угодно. В общем исход столкновения господина Михеева с тремя «шкафами» был предопределен.

       Все началось с короткого диалога. «Давай сюда пленку!» – потребовал один из охранников. «Не могу. Это собственность редакции»,– последовало в ответ. «Тогда я сам вытащу»,– с этими словами «администратор» схватился двумя руками за ремень камеры, висящей на шее Сергея Михеева, резко потянул его вниз и одновременно ударил наклонившегося журналиста коленом в лицо. «Я сразу понял, что сопротивляться бесполезно,– скажет потом Сергей.– Ведь их явно учили избивать людей, а я в это время проходил другие науки».

       Наш коллега оказался на снегу. «Больше испугался даже не за себя, а за дорогую камеру, от которой после удара отлетела вспышка,– объясняет журналист.– Поэтому схватил аппарат в руки и лег на него сверху». Тем временем нападавший и присоединившиеся к нему еще двое секъюрити схватили Сергея за руки и на глазах у десятка собравшихся перед входом человек поволокли его к своей машине. Нетрудно догадаться, чем бы закончилась для корреспондента Михеева поездка по Москве в компании «администраторов», но рядом оказались милиционеры. Сотрудники «Киркоров продакшнз» отстали лишь после того, как они посадили избитого и грязного фотокорреспондента в свою машину, сказав, что сейчас повезут его в милицию. Довезли, правда, только до следующего перекрестка – дальше порекомендовали идти пешком, но и на том спасибо.         

«Я туда с автоматом не пойду»

       В ОВД «Якиманка», на чьей территории происходило избиение, господина Михеева и нас, его коллег, которые приехали туда вместе с ним, приняли вежливо. Правда, узнав о том, с кем повздорил фотокорреспондент, милиционеры загрустили. Сначала предложили написать в произвольной форме заявление на тему «Прошу принять меры к неизвестным лицам, избившим меня…». Потом сказали заполнить другую бумажку, в которой нужно было изложить то же самое, но более подробно. Поскольку у пострадавшего болела правая рука, заполнять бланк под его диктовку начал кто-то из нас, но пришел милиционер и сказал, что так нельзя: «Это же документ!» Пришлось все начинать сначала.

       – Господа офицеры, скажите честно,– обратились мы к милиционерам, выйдя с ними покурить.– Вы специально тянете время? Надеетесь, что пока мы тут пишем, «звездное семейство» уедет и вам не придется разбираться?

       – А вы, господа журналисты, значит, разобраться хотите нашими руками? – отвечали милиционеры.– И как вы себе это представляете? Что мы сейчас устроим «маски-шоу» в «Эльдорадо»? Завтра нас спросят: на каком основании? А мы ответим: усматривались признаки 116-й (статья УК о нанесении побоев без серьезного ущерба для здоровья.–Ъ).

       Примерно через час мы все же отправились к «Эльдорадо». Милицейский «Москвич» не стал даже заезжать на парковку перед рестораном («Зачем людей пугать?»), а осторожно втиснулся между иномарками, стоящими где-то на задворках заведения.

       – Я туда с автоматом не пойду,– сказал сержант и выключил двигатель.

       Обидчиков фотокора мы на парковке не обнаружили. Там были только лимузины с затемненными стеклами. Половина из них тарахтела двигателями, но стучать во все подряд и спрашивать «Вы не из бригады Киркорова?» было неудобно. Потолкавшись немного по площадке, пошли в сам ресторан, но вход нам тут же перекрыли с десяток людей в ливреях.

       – Уголовный розыск ОВД «Якиманка»,– представился наш оперативник, демонстрируя красненькую книжечку. Согласившийся нас все же проводить милиционер в форме стоял чуть сзади и стыдливо прятал автомат за спину.– Нам нужен старший смены охраны.

       Главный охранник «Эльдорадо» объяснил, что он всегда готов к сотрудничеству с органами, но в данном случае бессилен. Дело в том, что юбиляры арендовали VIP-зал, расположенный в подвале, и закрылись там. «Снаружи никого из их охраны нет,– утверждал старший смены.– А беспокоить артистов, тем более в такой день, сами понимаете, не стоит». Мы были вынуждены согласиться с охранником и отступить. Тем более что наш автоматчик за время пребывания в вестибюле заведения совсем извелся.

       На улице кто-то вспомнил, что стоящий на парковке пульман принадлежит семейству юбиляров. Наш оперативник подошел и постучал в стекло лимузина. Оно чуть опустилось.

       – Здравствуйте. Уголовный розыск.

       – Ну и что?

       – Как связаться с начальником охраны?

       – Не знаю.

       – Как связаться с Филиппом Бедросовичем?

       Водитель, не выходя из лимузина, нажал несколько кнопок на мобильнике, что-то сказал в трубку, почти сразу же нажал отбой и снова замолчал.

       – Вы говорили с Филиппом Бедросовичем?

       – Говорил.

       – Сказали, что его хотят видеть из угрозыска?

       – Сказал.

       – А он?

       – Спросил: «Зачем?» – и положил трубку.

       Мы так и уехали бы ни с чем, но тут Сергей Михеев увидел Mercedes S-220, люди из которого его и били. Из этой машины, как оказалось, давно наблюдали за нашими похождениями обидчики фотокорреспондента.         

«Мы вынуждены, то есть по закону обязаны»

       – А-а-а, угрозыск… А мы и смотрим: кто тут крутится? – лениво протянул один из «шкафов».– Ну ты че (это относилось к Сергею.–Ъ)? Не мог по нормальному, что ли?

       – Спокойно, ребята, спокойно,– оживился наш оперативник.– Мы – что? Мы – ничего. Но потерпевший написал заявление. И мы вынуждены, то есть по закону обязаны… Это, конечно, формальность… Ну, в общем, сами понимаете – я должен взять с кого-то из вас объяснения.

       – Ладно, давайте с меня,– вызвался один из «шкафов», что помоложе.– Только побыстрее, а то сейчас выходить будут.

       – А мы сейчас быстренько-быстренько… – затараторил сыщик, доставая планшетку.– Как вас зовут, где живете, кем работаете?

       Объяснение оказалось недолгим и уместилось всего на половине листка. Из него следовало, что помощники администратора действительно заметили и остановили фотокорреспондента, который «производил несанкционированную дирекцией «Киркоров продакшнз» съемку артистов». Журналиста вежливо попросили отдать пленку. Он отказался, «рассмеявшись в лицо сотрудникам».

       – Он над вами смеялся? – строго переспросил оперативник.

       – Не знаю над кем. Может, просто травы обкурился.

       – И что же вы стали делать дальше?

       – Ничего. Отошли.

       – То есть потерпевшего не били и никаких мер физического воздействия к нему не применяли?

       – Именно так.

       – Ну вот и хорошо. Распишитесь здесь, пожалуйста. Мы вас больше не задерживаем. Да, кстати, а оружие у вас есть?

       – Какое оружие? – добродушно ответил тот, что постарше.– Мы же, командир, кто? Администраторы!

       По дороге в отделение милиционеры, поинтересовавшись, нет ли у нас диктофона, объяснили, что заявление наше, конечно, примут, но дело дохлое. По закону в течение трех суток милиционеры будут проводить доследственную проверку, чтобы по ее результатам решить, возбуждать уголовное дело или нет. Поскольку статья УК «Побои», признаки которой усматриваются в инциденте, относится к категории не тяжких, заниматься этим делом будет даже не следователь, а дознаватель. Или вовсе участковый. За трое суток он в лучшем случае найдет в телефонном справочнике номер «Киркоров продакшнз», позвонит туда и пригласит кого-нибудь из «администраторов» для дачи показаний. А потом напишет в отчете «Звонил. Был послан» и займется другим делом, которых у него невпроворот.

       В минувшую пятницу, на третьи сутки после инцидента, выяснилось, что «наш» милиционер ошибся – проверка даже не началась. Во всяком случае, материалы по факту избиения нашего корреспондента не получил ни участковый, ни дознаватели.

СЕРГЕЙ Ъ-ДЮПИН

Газета «КоммерсантЪ» №7/П(2846) от 19.01.04

"КоммерсантЪ"