Guardian публикует рецензию на книгу британской писательницы Дьюрдьи Бартлетт об истории моды социалистического лагеря, прекратившего существование 20 лет назад.

После революции 1917 года в России — а после 1945-го и в других странах за железным занавесом — любые наряды были драгоценностью, поскольку их было очень мало, они были лишь случайными субпродуктами идеологического диктата.

В 1976 году, пишет Бартлетт, в СССР «в соответствии с планом девятой пятилетки, предполагавшим увеличение производства товаров народного потребления, появились эти брюки, плохо сшитые из 100-процентного хлопка, ткани под названием «Орбита». Это была 56-я попытка наладить Советском Союзе выпуск джинсов; предыдущие 56 предпринимались с использованием ткани, в которой до 20% приходилось на шерсть.

Один молодой человек признался корреспонденту газеты «Комсомольская правда», что он вынужден покупать западные джинсы на барахолке у ненавистных фарцовщиков — только потому, что качество советских джинсов было настолько ужасающим, что носить их считалось попросту непатриотичным. При этом, подозревает Бартлетт, добычей этого парня вполне могли быть не американские Levi»s по 20-кратной цене, а штаны под маркой Lee Cooper, выпускавшиеся по лицензии в Югославии.

«Власти не намеренно лишали пролетариат хорошей одежды, — продолжает автор. — После революции они постоянно обсуждали, что достойно новой, советской женщины: должна ли она быть «не хуже Парижанки»? или подчеркивать русскую эстетику (и в чем она состоит?)? Должна ли быть одежда геометрически скроена и пошита на фабриках, чтобы минимизировать индивидуальность, или изготовлена вручную — в пику капиталистической эксплуатации трудящихся? Не осуждали ли Маркс и Ленин моду как буржуазное упадничество? На эту тему с удовольствием дискутировали интеллектуалы — и выдавали на-гора конструктивистский дизайн и продукцию в таком количестве, что ее едва хватало на обладателей твердой валюты или блата».

В книжке приводится удивительный пример: стахановка Маруся Макарова со Сталинградского тракторного завода увеличила свою производительность (и заработок) на 900% для того, чтобы получить возможность купить эксклюзивную одежду: «туфли цвета слоновой кости за 180 рублей, крепдешиновое платье за 200 рублей и пальто за 700 рублей» — и власти одобряли этот выбор, особенно когда Маруся надевала все это на официальные приемы.

«Работа Бартлет о коммунистической моде представляет собой сюрреалистическое чтиво, — пишет критик Guardian. — В крупных городах СССР и столицах стран-сателлитов появились женщины, проходившие государственное обучение по высшим стандартам и умевшие изготавливать качественнейшие копии парижских нарядов для частной клиентуры, вооруженные всего лишь потрепанным экземпляром журнала Vogue и рулоном твида, привезенного какой-нибудь торговой делегацией».

bbcrussian.com