– Куда?! – воскликнула жена отца и соответственно мать сына. – Куда ты его поведешь?

   – Я не люблю повторять, – строго глянул на нее отец, – но сегодня сделаю исключение: мы идем в заведение типа «Цветочек и пчелка», то есть бордель.

   – Понятно, – вздохнула жена и глянула на часы: – Но ведь уже поздно. Может, в другой раз?

– Нет. В другой раз мы займемся чем-нибудь другим.

   – Например, съездим в Мюнхен на футбол, – подал голос сын. – Ведь ты же, папа, обещал.

   – Съездим, съездим, – пробурчал отец, – но прежде меня волнует твоя ориентация. В смысле – сексуальная.

   Этот диалог состоялся на минувшей неделе в одном из домов Розенхайма. И ничего особо примечательного в нем нет, (мало ли куда и зачем ходят отцы и дети), если бы не одна деталь – сыну, с которым папа отправился в бордель, едва исполнилось 10 лет.

   Около полуночи, как заявят позже сотрудники борделя-клуба (так официально он именуется), к ним явился мужчина с мальчиком и потребовал «двух девочек посноровистее».

   – Почему вы пришли к нам с ребенком? – спросила посетителя хозяйка борделя.

   – Это не ребенок, – ответил мужчина, – а мой сын. Сегодня мы проведем с ним первый платный (на слове «платный» он сделал ударение) урок секса.

   – Это невозможно, – ответила хозяйка. – Сколько ему лет?

   – Это нужно, а не невозможно, – возразил мужчина, – так как он унаследовал мою потенцию. А лет ему десять. Но этот, с вашей точки зрения недостаток, скоро сам по себе испарится, то есть исчезнет.

   Последняя фраза мужчине понравилась, и он повторил ее еще раз.

   – Неужели ты действительно хочешь, чтобы твой сын начал сексуальную жизнь в десять лет? – спросила одна из девиц, присутствующая при этом разговоре.

   – Конечно, – ответил папаша, – потому что существует опасность, что он станет гомосексуалистом. Он уже созрел, так что же ему делать? Дружков, понимаешь, так сказать? Ведь подружки у него пока нет. Поэтому…

   Но завершить эту фразу он не успел, так как в помещение вошли два полицейских, вызванных по телефону хозяйкой. Однако наш «герой» ничуть их не испугался, а напротив, тут же стал жаловаться им на «недоброжелательность» и «крючкотворство».

   – Меня самого, – делился он воспоминаниями, – папаша привел в бардак, когда мне исполнилось двенадцать. И это нормально. В нашей семье такая традиция, ломать которую я не собираюсь. Ну а почему мы не стали дожидаться его двенадцатилетия (при этом он ласково потрепал мальчугана по голове), так ему ж уже невтерпеж. Неужели непонятно?

   – Понятно, – отвел полицейский. – Но ведь скоро полночь.

   – А вы предлагаете нам сюда утром явиться? – с нескрываемым ехидством спросил отец. – Так ведь не можем, ему – в школу, мне – на работу.

   – Нет, – ответили полицейские, – прежде мы предлагаем вам отправиться с нами для составления протокола и уточнения деталей произошедшего…

   Вот такой необычный случай приключился в Регенсбурге. По информации, полученной нами, этой семьей займутся сотрудники городского Совета по делам молодежи. Но вот удастся ли им переубедить 30-летнего продвинутого папашу – верится с трудом, тем более что он объявил полицейским:

   – Следующий раз в пуф мальчугана поведет дедушка. У него это лучше получится.

Александр ФИТЦ

Еженедельная независимая газета

РУССКАЯ ГЕРМАНИЯ

РУССКАЯ ГЕРМАНИЯ