Заместителю генпрокурора России Николаю Шепелю приходится прилагать усилия, чтобы владикавказский процесс над единственным оставшимся в живых бесланским террористом Нурпашой Кулаевым не превратился в суд над спецслужбами, проводившими 3 сентября 2004 года штурм школы №1. Родственников погибших тогда школьников прежде всего волнует вопрос: «Кто виноват в гибели наших детей?» И г-н Шепель, представляющий на суде позицию обвинения, вынужден не только доказывать вину Кулаева и его сообщников, но и защищаться от обвинений бесланцев.

Вчера в Осетии он признал, что при штурме школы применялось тяжелое вооружение, в частности танки, но попытался смягчить эффект, заявив, что из танков стреляли уже после того, как в школе не осталось заложников. По его словам, так выбивали из здания забаррикадировавшихся там боевиков.

Это высказывание прокурора с трудом стыкуется с заявлениями главы североосетинской парламентской комиссии по расследованию бесланского теракта Станислава Кесаева, находящегося в конфликте с г-ном Шепелем. В интервью «Времени новостей» г-н Кесаев утверждал, в частности, что на его глазах танк стрелял во дворе школы 3 сентября в 4—5 часов. По его мнению, тогда в здании могли еще оставаться заложники.

Еще более туманная история разворачивается вокруг огнеметов «Шмель», тубусы от которых были обнаружены в Беслане гражданскими лицами, а не следователями. И следствие достаточно долго не могло определить, имели ли эти тубусы отношение к штурму и возникновению страшного пожара в спортзале школы, где погибло множество заложников.

Вчера Николай Шепель подробно рассказал об экспертизе РПО-А «Шмель», которая проводилась в Военной академии радиационной, химической и биологической защиты. Он отметил, что этот «Шмель» является не оружием зажигательного действия, а термобарическим зарядом (взрыв такого боеприпаса создает в первую очередь мощнейшую ударную волну). При его срабатывании, по словам прокурора, «возникает огненное кольцо на десятые доли секунды и сразу потухает, а для того, чтобы возник пожар, горение должно происходить от 3 до 5 секунд минимум». Г-н Шепель рассказал и о следственном эксперименте: когда по деревянному зданию был сделан выстрел «Шмеля», оно было разрушено, но не загорелось.

Заместитель Генпрокурора подчеркнул, что применение этих огнеметов не могло вызвать пожар в спортзале. При этом военные эксперты, объяснявшие корреспонденту «Времени новостей» механизм воздействия термобарических зарядов «Шмеля», утверждали, что мощнейший боеприпас РПО-А применяется не столько для поджога (для этого существует аналогичная «зажигалка» РПО-З), сколько для зачистки. Так, при применении в закрытых помещениях он уничтожает практически все живое на площади до 90 кв. метров.

Обелив по возможности военных, Николай Шепель вчера еще раз заверил журналистов и родственников погибших в Беслане школьников в том, что правоохранительные органы не успокоились и продолжают расследовать этот страшный теракт. Он рассказал, что недавно удалось обнаружить и поймать нового свидетеля по бесланскому делу. Был арестован некий житель Ингушетии Ханиев, который не только участвовал в прошлогоднем нападении на МВД этой республики, но и был знаком почти со всеми бесланскими террористами. По словам г-на Шепеля, Ханиев по фотографии опознал еще одного убитого в школе №1 бандита, а также указал местонахождение лагеря Абу-Дзейта, где террористы готовились к рейду на Беслан.

Владимир ДЗАГУТО, Николай ПОРОСКОВ

Время новостей

N°124

13 июля 2005

Время новостей

***