На этой неделе умершей Лине Саркисян, которой врачи отказали в помощи, исполнилось бы 6 лет. Этот случай, увы, не единственный…

На днях в Питер на конгресс по военной медицине съехались военные врачи из 66 стран мира. Каждый со своей «изюминкой». Так, немцы похвастались установкой для анестезии, французы показали вакцину от гепатита А, у американцев объявились длинные гибкие зонды…

Россияне стояли не последними в очереди передовиков. «К сожалению, за последние годы мы накопили огромный опыт оказания помощи в локальных конфликтах, при стихийных бедствиях и терактах», -пояснил начальник Военно-медицинской академии Борис Гайдар. Однако огромный опыт российской медицины все чаще оказывается бессилен перед трагедиями обычных людей.

Это случилось недавно в поселке Нижние Осельки Всеволожского района Ленинградской области. Продавщица Нателла, собравшаяся открыть магазин после обеда, вдруг услышала резкий стук и дикий женский крик. И вдруг с ужасом увидала на дороге туфли своей мамы и 5-летней племянницы.

Оказалось, что, когда они стали переходить трассу, делящую поселок напополам (на этой оживленной трассе, кстати, регулярно погибают люди, поскольку движение не прекращается даже ночью — она соединяет Петербург с Карельским перешейком), их сбила машина. Несущаяся на огромной скорости, она внезапно выскочила из-за другого автомобиля и столь же быстро умчалась.

Бабушка Тамара погибла на месте, внучка была еще жива. Кончалась суббота. Местная амбулатория была закрыта, ближайшая станция «скорой помощи» — в недалеком поселке Лесколово. Обезумевшие родители оборвали телефоны «скорой».

— У нас нет бензина, — заявили в первый раз (позже медработники клялись, что вызов действительно был, бензин тоже, а медики оказались на месте уже через 15-20 минут). Но версия родителей выглядит иначе. Прошло не менее 45 минут, прежде чем отец умирающей Лины сам поехал за врачами на собственной машине. До Лесколово рукой подать. В «скорой» заявили, что свободных врачей нет, они поехали в Токсово за инфарктником. Михаил побежал в поликлинику, нашел там троих врачей-терапевтов и стал упрашивать оказать хотя бы первую помощь его дочери. Ответ был более чем странным: «Мы — не специалисты по ДТП!» В конце концов «скорая» приехала через час, но помочь девочке уже ничем не смогла.

Заведующий лесколовской «скорой» воздерживается от комментариев: «Это наша врачебная тайна». Результаты врачебного расследования, начатого Всеволожской ЦРБ, пока также закрыты. Все ссылаются на свои проблемы. Так, на территорию в 25 тысяч жителей и 200 тысяч приезжих полагается всего одна машина «скорой помощи». Этого, конечно, очень мало. Но все равно остается один, возможно, наивный, вопрос: как взрослый человек, тем более врач, может отказать в помощи ребенку?

Увы, за последнее время таких случаев было столько, что пальцев на руках пересчитать не хватит. Судебный иск был предъявлен в Москве дежурному врачу, отказавшему в госпитализации ребенка «в связи с майскими праздниками». В Екатеринбурге в ведомственной клинике закрыли дверь перед родителями с тяжело заболевшей девочкой, когда дорога была каждая минута. Но мы сошлемся на историю, длившуюся около двух лет. На днях Выборгский Федеральный суд Санкт-Петербурга принял решение взыскать с городской детской больницы святой Ольги моральный и материальный ущерб.

Очаровательных пятимесячных двойняшек Диму и Настю Скакуновых отвезли сюда но плановую госпитализацию с диагнозом «перинатальная энцифалопатия». Диагноз, кстати, почти рядовой для современных малышей. Правда, у Димы к тому же была водянка левого яичка и пупочная грыжа. Что тоже, как говорится, не смертельно. Это легко поддается лечению, причем в том возрасте, когда ребенку исполнится 3 года, и только хирургическим путем.

Своего хирурга в больнице нет, а приходящий вроде бы не мог не знать элементарного. Однако решил вправить водянку вручную. Через несколько часов Диме стало плохо: подскочила температура, началась рвота.- Дежурный врач назначил ребенку пару простых препаратов, включая глюкозу, и клизму. До 4 утра отец дежурил рядом, никого из врачей не было уже с полуночи, а затем побежал за помощью. После жаропонижающего средства у мальчонки остановилось дыхание. В реанимацию его доставили уже в состоянии клинической смерти…

«Бодаться» с врачами решила бабушка малышей Марина Васильевна, женщина в высшей степени решительная, к тому же сама медик. Когда она явилась в больницу, то первым, что услышала, было: «Папаша недосмотрел. Ребенок уснул, срыгнул и захлебнулся». Она не поверила. Конечно, пришлось пройти через многое. Собственное расследование, «контрабандная» добыча патологоанатомической экспертизы, заявления в прокуратуру, иски, отписки… И все же дело было доведено до гражданского суда, длившегося аж два года. В итоге… победа? Нет, ведь ребенка уже не вернуть. Но врачи, не оказавшие помощь или навредившие больному, должны, по мнению Марины Васильевны, быть лишены медицинской практики.

Только кого возьмешь на их место, когда, по словам заведующего одной из городских больниц, к ним уже более 10 лет не пришло ни одного выпускника мединститута?!

К счастью, даже сегодня, при быстро разваливающейся системе здравоохранения, у нас еще пока продолжают работать старые, проверенные кадры, чтящие, как Библию, клятву Гиппократа. Завтра они уйдут на пенсию или, не перенеся житейских тягот, на другую работу. Ну а послезавтра на просьбу о помощи медики, вероятно, отзовутся модной ныне фразой: «Это — ваши проблемы!»

Мнение эксперта:

Член Московской коллегии адвокатов Евгений НЕВЗОРОВ: — В Уголовном кодексе есть статья 128 — «Неоказание медицинской помощи». Там сказано: если врач находится возле человека, нуждающегося в профессиональной помощи, он обязан эту помощь оказать. Это касается любого медика, даже если он не имеет отношения к «скорой помощи». Если человек умирает из-за бездействия медика, последнему грозит лишение свободы как за непредумышленное убийство — от 5 до 12 лет. За последние три года минимум 20 врачей в Москве были лишены диплома именно из-за неоказания помощи.

А максимальное наказание было зафиксировано в США: 7 лет тюрьмы и 1,5 миллиона долларов выплаты компенсации на каждого члена бригады парамедиков (включая водителя машины), оставивших умирать бездомного в Нью-Йорке на Манхэттене. Адвокат Лесли Брайан, из филантропических соображений вызвавшая «скорую» к замерзающему бомжу и получившая отказ, бесплатно провела процесс и добилась обвинительного вердикта суда присяжных в 1999 году…

«Волжская коммуна» № 117 (25421) от 28.06.2005