У каждого свои заботы. Украинцы в связи с нынешней небывалой и неслыханной выборной кампанией болеют за своё будущее, нам оно тоже не безразлично, но для жителей России особенно важно еще одно: как наша страна себя проявила и чем это для нас обернется. Очередным шагом официальной России стал звонок в Киев из Бразилии. Находящийся в заокеанской поездке наш президент поздравил с победой Виктора Януковича.

Оценим ситуацию. В момент поздравительного звонка еще не были объявлены окончательные итоги голосования. Еще не начиналось заседание украинского парламента, к которому оппозиция обратилась с требованием отстранить нынешний состав Центризбиркома и объявить повторные выборы в регионах, где подозревается наибольшая фальсификация. Еще прибывали со всех концов страны на Майдан Незалежности в Киеве автобусы с новыми тысячами избирателей, протестующих против насилия над их волей. Еще никто не мог предсказать, чем и как разрешится острейший конфликт в украинском обществе, но уже ясно было, что единая Европа, как и США, не собирается мириться с теми нарушениями, которые официальные наблюдатели из этих стран усмотрели в организации выборов. В этот момент уже не могло оставаться никаких сомнений в том, что откровенное выступление Москвы на стороне одного из противоборствующих кандидатов означало не только нарушение принятых в мире политических приличий, но и совершенно неприемлемую степень риска для российских интересов в крупнейшей соседней стране. И оставалась последняя возможность тихо отодвинуться, дождаться окончательного прояснения ситуации. Однако вновь продолжили начатое: наш паровоз, вперед лети!

Спору нет: среди ближайших соседей, а может быть и во всем мире нет страны, развитие которой затрагивало бы Россию сильнее, чем развитие Украины. И никто не вправе требовать от нас безразличия и полного отказа от попыток так или иначе повлиять на ход событий в братской стране. Нет возражений против попыток оказать влияние как таковых, есть возражения против удручающей некомпетентности нашей политики в данном случае. Некомпетентность проявилась в необычайной грубости вмешательства, что само по себе, как говорят, контрпродуктивно: возмущенный украинский избиратель, весьма чувствительный к покушениям на суверенитет страны, не подталкивается к желательному для Москвы выбору, а отталкивается. Некомпетентность проявилась в ошибочном прогнозе результатов: исходили из явного перевеса шансов Януковича, что было опровергнуто уже в первом туре. И главное: до сих пор не видно никаких убедительных аргументов, подтверждающих, что именно победа Януковича нужна и выгодна России.

Всё это кажется настолько очевидным, что оторопь берет: возможна ли на вершине политики такая непонятливость? Не верится. Но если происходящее не объясняется нагромождением ошибок, то оно должно объясняться каким-то тайным замыслом. Воображение подсказывает такую, например, цепь вполне вероятных при имеющемся раскладе событий. Западные области отказываются подчиняться Виктору Януковичу (уже отказались — это ошибка сторонников Ющенко, создающая прецедент для развития событий в определенном направлении), восточные отказываются подчиняться Виктору Ющенко, проводятся референдумы, страна раскалывается на «чисто украинскую» и преимущественно русскую части. Восток воссоединяется с Россией, к новому конгломерату примыкает Белоруссия, давно к этому готовая.

Одно это в корне меняет весь расклад сил в Восточной Европе, Причерноморье, в Кавказском регионе. Одно этой заметно меняет соотношение сил в связке Россия-НАТО и открывает новые возможности торга России с самым могущественным политическим блоком. Но этим дело не ограничится. У тех, кто играет в такие игры, не может не быть своих вожделений и планов в отношении других регионов со значительным компактным некоренным населением — это прежде всего Казахстан, Грузия, Молдавия. Это, конечно, и Прибалтика, но ее уже после вступления в НАТО не тронешь.

Если это так (а если не так, то, повторяю, перед нами редкостное скопление ошибок), то Россия вступает в такую игру, в которой непредсказуемы результаты и сомнительны цели и о которой население страны никто не предупреждал и не спрашивал. Если это так, то, значит, сделан выбор между стратегией построения на постсоветском пространстве своего варианта гибкого объединения типа Евросоюза (с последующей перспективой сближения с Евросоюзом) и стратегией воссоздания жесткого объединения типа Советского Союза.

Можем ли мы на самом деле отказаться молча примириться с распадом империи и попытаться на основе великого евроазиатского суперэтноса создать новое единство? Если такое намерение существует, то вряд ли оно заслуживает осуждения само по себе. Вопрос не в намерении самом по себе: хотеть не вредно. Вопрос в цене, которую придется заплатить в случае успеха: не окажется ли цена выше приобретения? Вопрос в вероятности успеха и в возможности безболезненно отступить в случае неудачи. Ни на тот, ни на другой вопрос никто сейчас не может дать ответа. Но главная проблема в другом. Главное в том, что никто не спрашивал у России и никто не может объяснить, зачем нам это нужно. Ведь великий и могучий Союз у нас уже был — судьба его известна. Переживать его распад было больно. Хотим еще раз? Но тогда надо прежде всего понять, отчего наша Вавилонская башня рассыпалась, что нас в ней не устраивало. Попросту говоря: не означает ли попытка восстановить Союз что-то такое, что нам не нужно ни за какую цену?

А может быть, всё это мне померещилось, может быть никто и не думал ни раскалывать Украину, ни воссоздавать Союз. Но тогда возвращаемся к маленьким практическим вопросам: что российские представители делали на Украине последние месяцы и зачем понадобился в том числе звонок из Бразилии?

Отто Лацис

«Русский курьер»

№ 422 24.11.2004

"Русский курьер"