Единственное, в чем, возможно, я стала профессионалом, это вокал, — говорит Бьорк по телефону из своего дома в Исландии. — Это моя работа, и я очень требовательна к тому, что делаю». Ее новый альбом «Medulla» весь построен на уникальном голосе певицы, григорианских песнопениях, многослойных вокальных подкладках.

Бьорк называет свою новую работу «любовным посланием музыке, которую она слушала, будучи подростком». «Я обожала Мередит Монк, нью-йоркскую певицу и актрису, — говорит она. — Мне было тогда восемнадцать. Актера и музыканта Спайка Джонса до сих пор считаю олимпийским чемпионом среди вокалистов. А еще я люблю слушать Роберта Уайетта, который даже поет на моем альбоме. Этот диск — моя благодарность всем музыкантам, которые оказали на меня влияние».

Какую музыку ты считаешь по-настоящему исландской?

Мне кажется, для Исландии типична хоровая музыка. Представьте — цивилизация добралась до нас всего пятьдесят лет назад. Мы были колонией, и мы жили очень, очень бедно. До 1944 года Исландия находилась словно в Средневековье. Я не говорю о концертных залах, но даже простые пианино, гитары или скрипки были никому не известны.

В церквях у нас были фисгармонии, и все. На хоровую музыку, возможно, повлиял тот факт, что в Исландии не было классового общества. Не было ни аристократов, ни среднего класса, ни низов. Все были бедны. Голоса никто никому не ставил, а песни были такими, чтобы петь их могли все. Получалась по-настоящему простая и искренняя музыка.

«Medulla» можно назвать вокальным альбомом. Что вдохновило тебя на его запись?

Я забеременела. Это была моя вторая беременность, причем в первый раз эффект был такой же. Я стала абсолютно по-новому ощущать свое тело, все свои мускулы и кости. К тому же мне нужно было набрать песен из своего архива на концертный диск, и я думала, это будет самое скучное занятие на свете. Прослушивать все, что я наиграла за полтора года, было очень, очень нудно. Я заставила себя сделать это, и когда все было готово, я тут же решила заняться чем-то новым.

Ты прикладывала наушники к животу, когда была беременна?

Вообще-то нет. Я очень переживала, потому что вынашивала ребенка и рожала в период, когда я работала над этим концертным альбомом. Я все время думала: «Вот родится маленькая девочка, которая ничего обо мне не знает, но уже слышала все мои песни». А иногда лучше сначала познакомиться с человеком, а потом уже слушать его музыку.

Ты помнишь, какой первый музыкальный звук ты услышала?

Меня часто оставляли у дедушки с бабушкой. Каждое воскресное утро я проводила с дедушкой, потому что только в этот день моя бабушка могла выспаться. Сначала дед варил мне кашу, потом мы шли в порт, смотрели на корабли и ели мороженое. Мне было тогда пять лет, и я помню, что мне очень нравились корабельные гудки. Именно тогда я впервые почувствовала, что во всем есть своя музыка.

А что ты ставишь, если хочешь завести людей?

С Peaches не промахнешься. Майкл Джексон тоже идет хорошо, он непотопляем. Я ставила песню с его последнего альбома под названием «Butterflies». У него неплохой вокал, хотя его баллады… в общем — дрянь.

У тебя есть какие-нибудь тайные музыкальные пороки?

Наверное, группа Foreigner. Я думаю, что-то вроде их песенки «Hot Blooded». Но это совсем не порок, не какая-то моя тайная страсть, а просто хорошая музыка. Включаешь ее, и все вокруг начинают танцевать. Как-то я сильно выпила, стоя за диджейским пультом, и случайно поставила «Hot Blooded» два раза за час. Никто не жаловался, все были вроде как и рады.

БЬОРК В ФАКТАХ:

Бьорк Гудмундсдоттир родилась в Рейкьявике, Исландия, 21 ноября 1965 года. Она выросла в коммуне.

Бьорк записала свой первый альбом в одиннадцать лет. Диск сделал ее звездой в Исландии. На вырученные с продаж альбома деньги она купила пианино за 4 000 долларов.

Бьорк записала песню «Oceania» на последнем альбоме «Medulla» специально для Олимпийских игр.

У нее есть восемнадцатилетний сын от бывшего участника группы Sugarcubes Тора Элдона Джонсона и двухлетняя дочь от художника Мэтью Барни.

Дженни Элиску

РОК-ШОК : СТАТЬИ

РОК-ШОК :Энциклопедия скандалов