По логике здравого смысла, сейчас, когда Кремль контролирует все ветви власти, а президент Владимир Путин популярен в народе как никогда, политика в России должна умереть как понятие. В каком-то смысле так и происходит. Электорат выполнил свой гражданский долг, теперь настала очередь политиков поработать. И их споры о будущем страны достигли на прошлой неделе своего пика, когда экономисты встали лицом к лицу с бюрократией. Обе стороны имеют свое мнение по поводу того, как модернизировать Россию, и вопрос, как это сделать, и стоит сейчас в центре всей российской политики.

На пятой международной Конференции по вопросам конкурентоспособности и модернизации экономики министр экономики России Герман Греф всколыхнул нешуточные страсти публичной критикой собственного начальника — заместителя председателя правительства Александра Жукова — за то, что тот вмешивается в чужие дела. Его слова затронули самую больную тему для новой команды Путина, которой отдано управление страной: противопоставление экономических достижений, которые хочется видеть тем, кто наверху, реальным экспертным оценкам того, как будет развиваться экономика.

Жуков, единственный заместитель премьер-министра в правительстве Михаила Фрадкова, представил на конференции свой оптимистический прогноз роста внутреннего валового продукта и снижения инфляции. Хотя в том, что он оглашает такие цифры, нет ничего неожиданного, определение параметров экономических прогнозов — это епархия министерства Грефа. Получается, что на него возлагают ответственность за выполнение экономических прогнозов, которые составлял не он, но именно он будет за все отвечать, если эти прогнозы не сбудутся.

В своей речи на конференции после своего начальника Греф высказался против положений его прогноза.

«Для меня это существенный момент, — сказал он, — теперь я понимаю, почему в нашем правительстве всего один вице-премьер».

После небольшой паузы он продолжил, указывая на Жукова: «Он рассказал нам все, и теперь министры могут выбросить в корзину свои доклады», указав, что «некоторые думают, что тот, кому удалось достичь ранга министра, растерял все собственные мысли».

В продолжение своей речи Греф сказал, что у него имеются сомнения по поводу любимого проекта Путина удвоить ВВП за 10 лет. Он подчеркнул, что в большой степени быстрый экономический рост России в последнее время явился результатом «удачного» положения на международном рынке нефти и другого экспортного сырья. Он также говорил об изменении природы экономики. В общем и целом, мысль его выступления сводилась к тому, что экономическое будущее России совсем не безоблачно, и будущие экономические показатели нельзя просто назначить.

Хотя Греф выступает против четкого обозначения показателей на будущее, Путин и остальные члены правительства почти настаивают на том, чтобы цифры роста были определены заранее.

Наши новые кремлеведы поспешили отметить, что все те несколько недель, что правительство Фрадкова находится у власти, Греф чувствовал себя не в своей тарелке. Когда Фрадков представлял Россию в Европейском Союзе, Греф публично высказывал свое неудовольствие результатами его деятельности. Теперь Фрадков его начальник.

При том, что эти два политика явно не в восторге друг от друга, и Фрадков, и Греф представляют крайние случаи путинского подхода к планированию управления.

Оба они еще старой школы. Когда план утвержден, его показатели должны быть выполнены, чего бы это ни стоило. Они, как и было принято в Советском Союзе, «герои штурмовщины», работающие в условиях рыночной экономики, и им успешно удался переход от «командной экономики» к «командной политике». Все повороты политической карьеры каждого из них со времени падения Советского Союза показывает, что оба нацелены на создание сильной рыночной экономики.

Греф представляет более молодое поколение экономистов и реформаторов-рыночников, для которых создание сильной рыночной экономики также приоритетно. При всем этом подталкивание экономического роста неприемлемо для него с профессиональной точки зрения. Греф серьезно считает, что успеха может достичь только «невидимая рука рынка», направляемая сильным государством, но даже так он не без проблем вписывается в макет «командной политики» Путина.

Опасно ли для Грефа такое несогласие с начальством? Скорее всего, нет. Если его уволить, это нарушит то тонкое политическое равновесие, которое Путин создал в правительстве для управления экономикой в течение своего второго срока. Совершено ясно, что президент нацелен на проведение экономических реформ, и ему нужны самые лучшие и талантливые российские экономисты, как и лучшие менеджеры в лице министров. Однако все больше искр летит из-под колес правительства под усиливающимся давлением Путина на тех, кто верит в самостоятельное действие экономики.

Сейчас задача Путина — обеспечить, чтобы и Жуков, и Фрадков, и Греф успешно выполнили каждый свою часть работы. Если хотя бы одному из них это не удастся, провалится и их общее дело — превратить Россию в страну с динамично развивающейся и конкурентоспособной экономикой.

Питер Лавелль

United Press International 13 апреля 2004

ИноСМИ.Ru

13 апреля 2004, 12:17

ИноСМИ.Ru