Фильмофонд Самарской студии кинохроники реорганизуется и все пленки, хранящие самарскую историю, в ближайшие дни увезут в архив Москвы.

Самарская студия документальных фильмов — одна из старейших в стране. Она существует с 1927 года. Долгие годы самарская студия была единственной на Волге, на нее работали корреспонденты от Ярославля до Астрахани.

По словам редактора Самарской студии кинохроники Бориса Кожина, документальное кино в Самаре умирало постепенно: «Сначала мы вынуждены были отказаться от еженедельного киножурнала «Современник». Вместо него с 1992 года мы стали из-за отсутствия денег выпускать киноальманах «Самарская хроника. Кинолетопись», не требующий еженедельного выхода. А два года назад опять же из-за отсутствия финансов мы прекратили выпускать и «Кинолетопись»…

А ведь раньше каждая студия кинохроники выпускала три вида продукции: еженедельный киножурнал, документальные фильмы и фильмы по заказу министерств и ведомств. Например, мы выпускали 48 (!) киножурналов в год, которые показывались в шести областях России, и 6-8 документальных фильмов, демонстрирующихся по всему Советскому Союзу».

По мнению Бориса Кожина, катастрофа для российского неигрового кинематографа наступила тогда, когда он потерял свою самостоятельность и был объединен с Министерством культуры.

«Кинематограф – это ведь очень затратная отрасль, — говорит Борис Александрович. — В 2002 году, когда министром культуры был Михаил Швыдкой, Владимир Путин издал указ о реорганизации всех студий страны. Согласно ему, все российские студии становились акционерными предприятиями, а фильмофонды, созданные при каждой студии, оставались государственными. Таким образом произошло разъединение киностудий и фильмофондов. Но государственные предприятия не получили ни копейки! Это и стало настоящей катастрофой. Например, игровая студия, скажем, «Мосфильм» (кстати, это единственная студия, оставшаяся государственной после реорганизации), может за большие деньги продать для показа на телевидении фильм «Волга, Волга». А неигровой кинематограф объективно создан не для того, чтобы зарабатывать деньги. Он решает чисто духовные, нравственные, культурные проблемы. Да, мы не игровая студия, но у нас есть два великих актера, которых переиграть никому не дано, — это Жизнь и Время. Жизнь уходит, Время бежит, а мы их останавливаем…».

До реорганизации в России было 11 неигровых киностудий — и при каждой существовал свой фильмофонд. Сейчас осталось всего четыре киностудии с базовой в Москве – это «Центрнаучфильм». Туда «влились» Саратов, Самара, Ростов и Владикавказ. Теперь решили централизовать и фильмофонды.

«Сейчас все фильмофонды, которые остались госпредприятиями, объединяют в трех городах: Москве (Красногорске), Санкт-Петербурге и Екатеринбурге, — рассказывает директор самарской студии кинохроники, член правления Поволжского отделения союза кинематографистов России Александр Безуглов. – Но и они впоследствии будут ликвидированы, а все права будут переданы в Госархив. Вся эта реорганизация происходит потому, что у государства на содержание фильмофондов нет денег».

Если московская студия выдает на Первый канал продукцию из своего фильмофонда, то она берет за это серьезные деньги. В регионах же принципиально иная ситуация. Если директор фильмофонда Самарской студии кинохроники Сергей Кашицын предоставляет материал самарской телекомпании, то он еще радуется, что с него не берут денег за использование эфирного времени.

Во-первых, ни одна региональная телекомпания не имеет финансовой возможности приобрести права на использование лент фильмофонда. Во-вторых, самарские телекомпании не заинтересованы в этом приобретении, потому что они торгуют своим эфирным временем. Поэтому, если телекомпания даже найдет средства для покупки коллекции лент из фильмофонда, то она вынуждена будет заплатить деньги из своего бюджета, ничего при этом не поимев.

Кроме того, в Самаре и в любом другом регионе нет базовых каналов, как таковых.

Все региональные телекомпании берут для того, чтобы существовать, основные базовые московские телеканалы. То есть, если в Москве у фильмофондов ситуация: продаем-получаем, то в регионах притока финансов нет вообще.

«Фильмофонд существует как федеральное государственное унитарное предприятие, то есть подразумевается, что государство должно его содержать, — говорит Сергей Кашицын. – Однако, когда писался устав, была добавлена одна строчка – «коммерческое», т.е. мы должны и сами зарабатывать деньги. Но ведь у нас же нет той хроники, которую использует центральное телевидение! У нас нет запечатленного на пленке подписания какого-нибудь договора Леонидом Брежневым, взлета ракеты и т.п. В самарском фильмофонде нет этих кадров. Но у нас есть то, что касается Самары, Самарской губернии и еще пяти соседних областей: Рязанской, Оренбургской, Ульяновской, Горьковской и Пензенской. Все эти материалы находятся сейчас в подвале самарской студии кинохроники. Центральные каналы, как правило, тем, что происходило, скажем, в Самаре или Пензе в 1964 году не интересуются. «Лакомые куски» они берут в Красногорске, где цена за секунду колеблется от 10 до 25 долларов».

По словам Бориса Кожина, студия располагает роскошным материалом по Поволжью 20-30-х гг.

«У нас на студии есть уникальные материалы по Великой Отечественной войне, — с чувством гордости говорит Борис Александрович. — Только мы располагаем съемкой парада 7 ноября 1941 года, у нас есть уникальная съемка эвакуации в Куйбышев заводов со всей страны. У нас есть великолепный материал о формировании в Самаре Первой чешской бригады Свободы. Это наш оператор Киселев снимал акт подписания безоговорочной капитуляции в Берлине в 1945-ом. Это наш оператор Казначеев прошел всю Малую Землю рядом с Брежневым. После войны они вернулись на самарскую студию и продолжали работать».

Самарской студии кинохроники есть что продать, вот только за это никто не платит. Мало того, воруют. По хорошему, директор самарского фильмофонда Сергей Кашицын должен принять на работу, по крайней мере, еще одного человека, который постоянно смотрел бы телевизор, и, если какой-то план украли, подавал бы иски в суд. Но где взять на это средства?

«Все требует денег: пленки надо хранить, раз в год их обязательно надо проматывать, им нужен режим, нужны монтажники, киномеханики…», — сетует Борис Кожин.

И вот в ближайшие дни все уникальные пленки самарского фильмофонда навсегда увезут в Красногорск.

«А кому все это нужно в Москве? – задают риторический вопрос старожилы Самарской студии кинохроники. – Наш фонд для них – только лишняя головная боль. Между тем, если в Самаре студиям или архиву что-нибудь понадобится, то они вынуждены будут ехать в Красногорск за своим же фильмом и покупать снятую в Самаре пленку по 15 долларов за одну секунду! А ведь сегодня материалы самарского фильмофонда можно купить за 1,5 тысячи рублей за 1 минуту».

Единственная возможность спасти уникальные кадры – это сделать копию с архива и в таком виде оставить его на самарской земле. Но до сих пор переговоры с чиновниками из регионального министерства культуры ни к чему не привели.

«Они прекрасно понимают, что мы ходим по золоту. Но никто не хочет в этой истории принять на себя расходы, — говорит директор студии Александр Безуглов. — У нас есть письмо-обращение от самарской студии кинохроники на имя губернатора Константина Титова, ответа на которое мы так и не получили. Могу сказать больше: мы два последних года добивались включения Самарской студии кинохроники в областной бюджет. И вот буквально на днях получили положительное решение.

Если бы поддержка архива из областного бюджета была постоянной, может быть, и ситуация на сегодняшний день была бы иная и не было бы решения о фактической ликвидации фильмофондов… А сейчас вот-вот приедет трейлер, и мы отгрузим самарскую историю».

Руководство Самарской студии кинохроники и фильмофонда писало письма губернатору Константину Титову, спикеру губернской Думы Виктору Сазонову, депутатам, обращалось к бизнесменам с просьбой найти возможность перевести фонды в цифровое изображение, чтобы оставить в Самаре хотя бы копии, пусть пока и без права использования, чтобы не нарушать закон (юридически уже сейчас все права на самарскую коллекцию принадлежат Красногорску). Но никто денег не дал.

Между тем, на то, чтобы копировать только самое ценное, что есть в фильмофонде и относится к Самаре и Самарской области, надо всего лишь 1 миллион 852 тысячи рублей. И таких денег в Самарской области ради сохранения памяти никто не пожелал найти!

Но если оценивать материалы самарского фильмофонда по цене 15 долларов за секунду, то вся коллекция будет стоить примерно 10 миллионов долларов! И этого наследия Самара лишается.

Кстати, подобная ситуация сложилась и в Татарстане. Однако президент республики Минтимер Шаймиев оказался более дальновидным и нашел способ сохранить казанскую студию и фильмофонд. И если самарская студия в течение двух лет просила область выделить 3 миллиона рублей для того, чтобы возобновить съемки «Кинолетописи», то Шаймиев дает 15-17 миллионов рублей в год своей студии документальных фильмов.

«А Муртаза Рахимов в Башкирии, которая всегда была корреспондентским пунктом Свердловской студии, построил свою студию, — добавляет Борис Кожин. — То есть, там прекрасно понимают, что делают и на что тратят деньги. Они беспокоятся о будущем. Ведь, когда мы все уйдем, те, кто придет после нас, скажут: «Как вы могли допустить это?!»»

Парадокс состоит еще и в том, что собственником коллекции в результате оказалось даже не Федеральное агентство по культуре и кинематографии, которое имеет только совещательный голос, а «Росимущество», которое никакого отношения, с творческой точки зрения, к этому продукту не имеет.

annews.ru