На девятый день войны, 1 июля 1941 года Совнарком СССР принял решение о строительстве близ Куйбышева новой сверхмощной радиостанции. На нее возлагались задачи, которые первоначально планировалось осуществить с помощью радиостанции под городом Курском – обеспечить уверенный прием на средних волнах советских радиопередач в дальнем зарубежье. Курский проект пришлось закрыть в связи с опасной близостью фронта.

Новая строительная площадка под Куйбышевом была найдена в рекордно короткие сроки – на шестнадцатый день после выхода правительственного постановления. В августе у села Ново-Семейкино Красноярского района начались земляные работы. С помощью единственного экскаватора и нескольких сотен заключенных за два месяца был вырыт огромный котлован глубиной 28 метров. В нем должна была разместиться аппаратная станции, оснащенная по последнему слову техники того времени и хорошо защищенная бетонной броней от возможных бомбовых ударов.

Антенное хозяйство радиостанции состояло из четырех 200-метровых и четырех 150-метровых трехгранных стальных вышек. Каждая грань в основании имела 15 метров, а на самом верху 2 метра. Вышки монтировались на земле, а затем поднимались на бетонное основание с помощью тракторов и лебедок. Они крепко стоят до сих пор. Лишь одна из них вскоре рухнула, после того как в нее врезался самолет-бомбардировщик, перевозивший грузы для оборонных заводов Безымянки. В густом тумане пилот не разглядел стальную башню, тем более что в то время на ней не было сигнальных огней. Экипаж самолета погиб, а вышку пришлось срочно восстанавливать.

В проектировании и монтаже оборудования новой радиостанции принимали активное участие известные советские ученые Минц, Соболев, Пальмов, Юловский и другие. С их помощью полукустарным способом было изготовлено новое оборудование взамен тому, которое пытались вывезти из осажденного немцами Ленинграда, и которое утонуло во время жестокой бомбежки в Ладожском озере. Монтаж передающих устройств шел круглосуточно. 7 ноября 1942 года состоялась первая пробная передача новой станции, а с 5 декабря она начала действовать в опытном режиме.

За разработку и пуск новой сверхмощной станции многие ее создатели были удостоены Сталинской премии, а строители награждены орденами и медалями.

31 июля 1943 года станция была официально принята правительственной комиссией. При этом было отмечено, что по своим рабочим характеристикам она является самой мощной в стране, а по антенному оснащению ей нет равных в мире. Станция значительно расширила зону уверенного радиоприема на средних волнах. Передачи московского радио стали слышать в странах Европы и Азии, в Средиземноморье и Атлантике.

Как известно, осенью 1941 года в Куйбышев из Москвы был эвакуирован коллектив Всесоюзного радио. Все радиовещание теперь шло с берегов Волги и транслировалось сначала на Москву, где находились передатчики, а оттуда на весь мир. Население страны даже не догадывалось, что знакомые всем слова «Говорит Москва» дикторы произносили в студии на улице Красноармейской, 17, где по соседству с областным радиокомитетом размещалась аппаратная Всесоюзного радио. Отсюда зачитывались сводки Совинформбюро. Отсюда впервые прозвучало сообщение о разгроме фашистских войск под Москвой. Здесь часто выступали известные писатели Илья Эренбург, Валентин Катаев, Алексей Толстой. А однажды в студию на Красноармейской приехал руководитель французского Сопротивления генерал де Голль. Он выступил с радиообращением к своим соотечественникам.

С 1942 года передачи из Куйбышева велись на английском, немецком и французском языках. С помощью новой радиостанции их хорошо слышали во многих странах мира. А сводки Информбюро стали уверенно принимать в Сибири и на Дальнем Востоке. Всесоюзное радио работало в Куйбышеве до лета 1943 года — до тех пор, пока москвичи не вернулись домой. После этого новая радиостанция стала принимать и усиливать передачи из Москвы.

После войны объект номер 15 стал называться Государственной радиовещательной станцией имени Попова. Она была дважды реконструирована. В первый раз – после сильного пожара 1971 года, когда почти полностью выгорела вся аппаратная. Станция работает до сих пор и, как утверждают специалисты, запас прочности у нее еще лет на пятьдесят.