Что бы вы хотели посмотреть по телевизору в выходные вечером? Предлагаю на выбор: вы можете стать очевидцем того, как «Мисс Санкт-Петербург» срывается и падает вниз с 50-метровой высоты. А можете увидеть, как «Мисс Екатеринбург» закусывает вяленой крысой. А может, желаете поглядеть, как акула разгрызает клетку, в которой сидит живой человек, или как автогонщик разбивается на бешеной скорости, корчась от боли в кадре крупным планом? Не нравится?

Тогда, может, вас привлечет иное зрелище — актриса Ольга Будина, ловящая зубами в жиже с пауками какую-то бумажку? Советую не церемониться — выбор у вас невелик: практически весь прайм-тайм в субботу и воскресенье центральные телеканалы, покрывающие большую часть России, а также ближнего зарубежья, соревнуются в показе экстремальных шоу…

По иронии эфира не так давно в сетке программ произошла, на мой взгляд, очень символичная вещь. В то время как по ТНТ нам показывали добровольно мающихся от голода молодых искателей острых ощущений, по Первому каналу шел художественный фильм «Лавина». Сын главного героя, Алик, тоже от нечего делать, в поисках острых ощущений стал глотать таблетки вперемешку с наркотиками. Но и это показалось скучно. Тогда Алик залез вместе с девушкой на крышу больницы и прогулялся по краю. А еще через некоторое время, когда опять стало скучно, разбавил наркотики водкой. Увы, результат оказался для восемнадцатилетнего юноши смертельным…

Я не против экстремальных шоу вообще. Вопрос в другом: в каком количестве, с какой долей натурализма и в расчете на какого зрителя их надо демонстрировать? Вообще говоря, все отечественные «экстрим»-программы можно разделить на три типа.

Тип первый — это «ужас ради ужаса» или «ценность страдания», называйте как больше нравится. Сюда можно отнести, например, фильм Би-би-си «Прогулка с чудовищами», показанный по Первому каналу (нам демонстрировали акул и прочих морских хищников, охотящихся за людьми). Сюда же я отношу «реалити-шоу» «Голод» на ТНТ: согласитесь, бросить в чужом городе 12 человек без денег и еды и равнодушно созерцать, как они выживают, — это отнюдь не альтруизм.

Второй тип экстремальных шоу рассчитан на узкий круг зрителей, для которых риск — профессия. Это каскадеры, гонщики, подводные охотники и так далее. И здесь достойна упоминания идущая в воскресный прайм-тайм по Первому каналу программа «Трюкачи». Посмотрев ее, невозможно не задаться вопросом: кто, кроме профессионала, выдержит час у экрана, наблюдая, как взлетают в воздух, сбивают друг друга на бешеной скорости и горят в огне автогонщики? Хотя передачу и пытаются оживить включениями из Амстердама, Гонконга, Монреаля и Канн, во время которых профессиональные кинокаскадеры, актеры и спортсмены — Жан-Клод Ван Дамм, Рутгер Хауэр, Джеки Чан и Дольф Лундгрен — выставляют оценки двум соревнующимся командам, это все равно не делает программу ближе к среднестатистическому зрителю: судьи говорят сугубо профессиональными терминами на им одним понятном языке.

Программа «Фактор страха», идущая на НТВ по воскресеньям поздно вечером, тоже, как ни крути, включает элементы профессионального каскадерства — недаром ведет ее Владимир Турчинский, известный по фильмам, построенным на игре мускулов и нервов. Естественно, проход по узким шатающимся «качелям» между двумя пятнадцатиэтажными домами на высоте 50 метров при штормовом ветре требует специальной подготовки. И уж, конечно, никогда не сядет за руль автомобиля, чтобы на бешеной скорости сбить три другие машины, человек нетренированный.

Кстати, из кадров, завершающих программу, все-таки следует, что ее участников готовят заранее. И поэтому, наверно, здесь уместно говорить о том, как обычных людей — студентов, служащих, фотомоделей — специально превращают в каскадеров. Пусть даже на некоторое время и по их желанию. Но тогда логично строить передачу по принципу «как можно стать каскадером». А вместо этого кто-то тужится придумать подобие сценария, получая в качестве конечного телепродукта страх кромешный…

Насмотревшись за неделю этих самых экстремальных программ, я невольно вспомнила рассказ Александра Грина «Как я умирал на экране» — о том, как бедняк, чтобы прокормить семью, подписал контракт с кинокомпанией на крупную сумму, которую переведут его жене и детям после того, как во время съемок тот по-настоящему застрелится в кадре. Обсуждая его решение, режиссер из прошлого века высказался так: «Я видел, как действительно застрелился человек. И в этом было не много привлекательности и выразительности… Подражание часто выглядит правдивее жизни».

Действительно, в любой оригинальной телевизионной продукции, рассчитанной на массового зрителя, предполагается сценарий. И это не излишки теории Станиславского, а аксиома профессионального телевидения, цель которого — завоевать и удержать у экрана зрителя как можно дольше. И примеры тому на нашем ТВ есть.

Это третий тип «экстрима». «Ключи от форта Байярд» (телеканал «Россия»). Все трюки и состязания, из которых исключительно и состоит эта программа, подчинены логике. Одно приключение следует из другого, и азарт идет по нарастающей. Вот Татьяна Лазарева идет по карнизу форта, доходит до окна, но не укладывается в отведенное время и попадает в «пленники». Вся команда должна ее вызволять. А вот Екатерина Коновалова попадает в ситуацию и сложную, и комичную одновременно: ей надо подняться наверх по абсолютно скользкой горке. Принимая самые уморительные позы, она добирается до середины, но неожиданно срывается. И я вдруг ловлю себя на мысли, что уже не просто равнодушно наблюдаю за происходящим, а превращаюсь в болельщика.

И еще один отрадный факт: при всей сложности испытаний и приключений в поисках заветных ключей в «Форте Байярд» никогда не бывает жертв и катастроф — дружный коллектив «звезд» одерживает пусть не всегда полную, но зато правдоподобную и бескровную победу. И это заряжает вполне положительными эмоциями.

…Переключаю телевизор на ТНТ. Изуверский «глас сверху» пытает измученную реальным голодом героиню реального шоу: «Наташа, а какие сухарики ты сейчас хочешь? С сыром и чесноком? А может, с курицей?». Молчит девушка. Зато ясно слышен голос другого голодающего: «Я хочу всех убить!».

И подумалось тут, что не зря, вероятно, появились когда-то термин «кино не для всех» (в смысле для избранных) и правило размещать его в программе передач в то время, когда обычный зритель уже спит.

Так почему бы не ввести подобное определение и для модного телевизионного жанра под названием «экстрим» — «шоу не для всех»? С соответствующим отдалением его в программной сетке от всего остального.

Ирина МИШИНА

15.01.2004

«НОВАЯ ГАЗЕТА»

«НОВАЯ ГАЗЕТА»