Эта история длится уже почти три года, и нет ей конца. Скоро осужденному выходить на свободу. Есть основания полагать, что парился он на нарах безвинно…

13 октября 2001 года на пустынной улице Зеленограда, около полуночи капитан милиции В. Марюхин был разбужен группой своих коллег в собственном автомобиле. Руки его уже были закованы в наручники. «А где же моя девушка? – первое, что сказал Марюхин при пробуждении. – Она же только что здесь была?». Дальше приведу версию следствия, которую суд принял безоговорочно.

Капитан Марюхин ехал домой после дежурства. В 22 часа с минутами ему по дороге встретилась девушка, попросившая ее подвести. Как впоследствии оказалось, это была Д. Л., продавщица магазина. На следствии и в суде она показала, что водитель (Марюхин был без формы) завез ее в глухое место города и потребовал совершить с ним половой акт. При этом он несколько раз ударил ее по лицу, пригрозил, что убьет — выбросит на ходу из машины, если она откажется. Запуганная девушка была полностью деморализована, и оказать сопротивление не решилась. Марюхин несколько раз совершил с ней половой акт в обычной форме, а затем потребовал от нее орального секса. И опять это совершалось несколько раз. (Простите, но эти омерзительные подробности важны). Затем насильник заснул, и девушке удалось сбежать. Она обратилась к охранникам одного предприятия, те вызвали милицию. И капитана взяли с поличным: брюки его были спущены. Теперь перескажу версию Марюхина, которую он изложил на первом же допросе и потом не менял ни разу. Кстати, первые допросы были проведены без адвоката.

Итак, Марюхин ехал после дежурства и согласился подвести девушку. По его словам, она будто бы предложила ему заняться оральным сексом за определенную сумму. Он согласился и заехал в пустынное место. Там Марюхин предложил девушке выпить, она отказалась. Тогда он выпил сам и вышел на минутку справить нужду. По возвращению он еще допил стакан, предназначавшийся девушке, и вдруг, как утверждает, вырубился. Даже брюки до конца не успел снять. Так что никакого полового акта он совершить не мог. Очнулся, когда его растолкали сотрудники милиции.

И защита и сам Марюхин предполагают, что девушка в момент его краткой отлучки подсыпала в стакан со спиртным клофелин или нечто подобное. Это бы легко установила экспертиза. Но ни стакан, ни бутылка не были даже изъяты с места происшествия. Кровь на соответствующий анализ у предполагаемого насильника тоже никто не брал. Если бы при допросе присутствовал адвокат, он, понятное дело, настоял бы на этом.

В делах подобного рода экспертиза играет исключительную роль. О ней и пойдет речь. Касаться придется сторон весьма деликатных. Так что, извините, без неприятных подробностей не обойтись.

У подозреваемого и потерпевшей взяли соответствующие мазки. Следов спермы во влагалище не обнаружили. Однако клетки эпителия, оставшиеся на половом органе мужчины после акта, соответствовали клеткам, полученным у потерпевшей. На основании этого следователь сделал вывод: факт изнасилования налицо. Тем более на ногах потерпевшей имелись кровоподтеки, иначе, синяки. Женщина утверждала, что в момент насилия в автомобиле она несколько раз ударялась о стенки салона. Казалось бы, картина очевидная. Но была одна нестыковка: по показаниям потерпевшей, насилие закончилось неоднократным оральным сексом. Так что слюна по идее должна была смыть все следы. Впоследствии эксперты подтвердят это в категорической форме. Но следователи не стали долго раздумывать: дело было окончено и передано в окружной (городской) суд Зеленограда.

На суде Марюхин заявил, что имел утром того рокового дня половое сношение со своей женой. Жена это подтвердила. А защита представила медицинскую справку: группа крови и клетки эпителия жены Марюхина полностью совпадали с результатом анализа его случайной попутчицы. Может, он действительно говорил правду: никакого секса с продавщицей вообще не было, а на анализ попали выделения его супруги? Тогда никакой загадки не содержали бы и клетки эпителия, обнаруженные на мужском достоинстве подсудимого, после, якобы, имевшего место орального секса.

Но к чему было тогда девушке все это придумывать? Марюхин и его защитники считают: чтобы выманить деньги. Как говорят, подобный «бизнес» у нас сейчас процветает. Сродни «бизнесу» с подставой автомашин: твое транспортное средство вдруг подсекает дорогая иномарка и разваливается от малейшего соприкосновения. Из нее выскакивают крутые парни и требую кучу у.е.

Когда подследственный находился дома по подписке о невыезде, ему, как он рассказывает, неоднократно звонили неизвестные с предложением прекратить «дело» за 4,5 тысяч «зеленых». Вместо того чтобы записать звонки на магнитофон, Марюхин посылал звонивших подальше. Но потом все-таки написал об этом письмо в МВД. Ответа он не дождался, и начался суд, который осудил Марюхина на 4 года и два месяца лишения свободы. Пусть скажет спасибо: срок ниже низшего придела. Но Марюхин и его адвокаты благодарить не спешили: продолжали жаловаться. Ведь суд первой инстанции не захотел даже рассматривать ни одного довода защиты.

Затем Мосгорсуд провел кассационное рассмотрение и оставил решение Зеленоградского суда в силе. Доводы защиты также рассмотрены не были. А доводы были серьезные. Например, адвокаты Г. Красновский и З. Хабибуллин предъявили высокому суду заключение эксперта С. Зосимова из 111 Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз МО РФ. С. Зосимов определенно высказался относительно кровоподтеков: были они желтоватого цвета, а это указывало, что появились за 7-9 суток до предполагаемого события преступления. Он также категорически утверждал, что после орального секса на головке полового члена никаких следов клеток эпителия быть не могло. Так что картина, нарисованная следствием со слов потерпевшей, явно не соответствует действительности. Истину бы, по его мнению, помогло установить выявление клеток щечного эпителия, которые бы остались на головке полового органа, если бы Марюхин совершал с потерпевшей оральный секс. Но именно этого-то анализа и не сделали. Защита обращала внимание суда и на другие грубые просчеты следствия: не было изъято и исследовано даже нижнее белье участников события, выстриженные с лобка волосы подозреваемого исчезли, не изъяли с места происшествия, как уже говорилось, стакан и бутылку с остатками алкоголя и пр., пр. Тогда еще УПК позволял суду отправить дело на доследование, но кассационная инстанция без тени сомнения за 20 минут отправила подсудимого отбывать наказание. Правда уменьшила срок заключения на месяц.

С этого момента начинается история нашей классической волокиты. Адвокаты несколько раз обращаются в городскую и Генеральную прокуратуры: просят по вновь открывшимися обстоятельствами заново возбудить уголовное дело. Среди новых обстоятельств и анализ клеток эпителия жены Марюхина, и заключение Зосимова о времени возникновения синяков, и об отсутствии каких бы то ни было объективных признаков секса. Бумаги потоком движутся в Зеленоград, но там прокуратура в упор не хочет видеть «вновь открывшиеся обстоятельств».

В конце концов, Московская горпрокуратура вынуждает зеленоградцев прозреть. Уголовное дело возбуждают, и в тот же день …прекращают. Такой вот цинизм! Опять следуют жалобы во все прокурорские инстанции. И в очередной раз возбуждается уголовное дело «по вновь открывшимся обстоятельствам». На сей раз Московская городская прокуратура поручает это Головинской межрайонной прокуратуре: зеленоградцы явно из доверия вышли. Головинская прокуратура дело возбуждает и даже проводит комплексную экспертизу. Проводят ее специалисты того же 111 Центра Минобороны. И они полностью подтверждают выводы своего коллеги Зосимова. Тем не менее, прокуратура опять выносит постановление «о прекращении возбужденного производства». Кто же захочет сделать подлянку своим соседям? Сегодня ты занимаешься их браком, завтра они займутся твоим.

Защитники не сдаются и снова атакуют Генпрокуратуру. Жалоба адвокатов в очередной раз попадает в прокуратуру г. Москвы. И там, в очередной раз отменяют отказное постановление Головинской прокуратуры. При этом обязывают ее провести еще одну комплексную экспертизу. Уже в Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения г. Москвы. Вопросы перед экспертами следователь ставит единолично, не извещая своевременно защиту. Понятно, что следователь не стал углубляться в противоречия, которые были выявлены предыдущими экспертами. Обвинительная позиция итак расползалась по всем швам. В основном вопросы касались времени происхождения синяков.

Новые эксперты прекрасно понимали, что дело они получили склочное. И, уверен, догадывались, куда ветер дует. Поэтому чрезмерно осторожничали в выводах. Чтобы и волки были сыты и овцы целы. Например, они соглашались со своими коллегами, что «объективных данных о совершении с Д. Л. полового акта обнаружено не было». Но дальше утверждали: «…что, однако не исключает совершения полового акта в указанный срок». Эксперты подтверждали мнение своих предшественников, что желтизна кровоподтеков говорит о том, что появились они за 3-8 суток до события. Но тут же делали реверанс: «…нельзя исключить образования кровоподтеков и 12 октября 2001 г.» (То есть в день предполагаемого преступления).

Что ж, эксперт имеет право на сомнение. Но по закону все сомнения должны толковаться в пользу обвиняемого. Заместитель же прокурора Головинской межрайонной прокуратуры А. Муравьев поступил с точностью до наоборот: на основании невнятных экивоков экспертов в очередной раз прекратил уголовное дело в возбуждении «по вновь открывшимся обстоятельствам».

Не берусь утверждать, что Марюхин невиновен, и что девушка его оговорила. Утверждаю лишь, что и следствие, и суд были проведены с грубыми нарушениями УПК, а прокуратура не смогла, не захотела эти ошибки исправить. При такой непрофессиональной работе установить «истину по делу» никогда не удастся. И «бизнес на изнасиловании» будет процветать. А настоящие насильники смогут избежать ответственности.

Борьба за соблюдение закона продолжается. Чья возьмет? Мы будем следить за этим.

Георгий Целмс

"Русский курьер"