Первые дни войны В полдень 22 июня 1941 года Советское правительство по радио известило страну о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз. На всех заводах Куйбышева прошли митинги с призывами дать опор врагу и увеличить выпуск военной продукции.

Коллектив Станкозавода обязался «Удесятерить свою энергию, работать столько, сколько потребуется для бесперебойного снабжения нашей армии и флота». А партийно-комсомольское собрание завода имени Масленникова постановило: «В связи с нападением на СССР фашистской Германии каждому считать себя мобилизованным на трудовом фронте, а если потребуется, быть готовым сменить работу в производстве выходом на фронт». Эта резолюция была напечатана в газете «Волжская коммуна» и была поддержана всеми промышленными предприятиями области. За три первых дня войны в военкоматы области от населения поступило более 10 тысяч заявлений о добровольном зачислении в Красную Армию.

В первые июльские дни 1941 года в стране началось формирование сил народного ополчения. По опыту Отечественной войны 1812 года ополчение создавалось из людей, не подлежащих мобилизации – из способных носить оружие стариков, подростков, молодых женщин, а также из работников оборонных предприятий. В Москве было сформировано 16 таких дивизий, в Ленинграде 10. В тыловом Куйбышеве народное ополчение состояло из 9 полков и 3 отдельных батальонов.

Дружины народного ополчения охраняли от диверсантов мосты, железнодорожные пути, склады горючего, электроподстанции и другие важные народнохозяйственные объекты. Боевого оружия в первый год войны не хватало даже регулярным частям, поэтому добровольцы вооружались, чем могли: охотничьими ружьями, самопалами, казацкими шашками и даже вилами. Ополченцев учили подниматься ночью по тревоге, отражать нападение парашютных десантов, ходить в разведку, выполнять различные тактические задачи

Немцы рвались к Москве. В ночь на 22 июля 1941 года начались бомбовые удары по столице. В первом налете участвовало 220 фашистских бомбардировщиков. Они шли четырьмя эшелонами с интервалом 30-40 минут. Еще на дальних подступах к столице их встретил огонь зенитных орудий и истребительная авиация, защищавшая Москву. 22 «Юнкерса» было сбито, многие, поспешив сбросить бомбы над пригородами, повернули вспять. Но несколько стервятников прорвались к центру города. Одна бомба оставила воронку на Красной площади, другая взорвалась перед зданием Моссовета. Еще одна обрушила фасад здания редакции газеты «Известия». На московский авиационный завод № 1 было сброшено 180 зажигательных бомб, но их потушили дружинники МПВО, дежурившие на крышах заводских корпусов.

Налеты продолжались все лето и причиняли все больший ущерб столичным предприятиям, Еще в июле наркомат авиационной промышленности предупредил директора завода № 1 А.Т.Третьякова о предстоящей эвакуации предприятия в Куйбышев на площадки строящегося завода № 122. Но было оговорено, чтобы до поры этот приказ не оглашался в коллективе. Перед директором была поставлена задача — создать производственный задел перед эвакуацией и подготовиться к выпуску самолетов Ил-2, которые уже в первые дни войны хорошо зарекомендовали себя как истребители танков врага.

Эвакуация

Под натиском хорошо вооруженных немецких войск у нашей страны была отторгнута территория, на которой проживало 30 миллионов человек, где действовало свыше 30 тысяч предприятий народного хозяйства. В спешном порядке оборонные заводы перебрасывались на восток.

4 июля 1941 года в Куйбышев прибыл первый поезд с эвакуированными. Началось массовое размещение прибывших с запада рабочих и членов их семей. За три дня удалось расселить 11 тысяч человек, но число беженцев с каждым днем увеличивалось.

Проблемы с устройством приезжих начинались уже на вокзале. Рассчитанное на обслуживание максимум 20 тысяч пассажиров в день, здание куйбышевского железнодорожного вокзала стало принимать до 30 тысяч человек. Многие эвакуированные направлялись в Сибирь и Среднюю Азию, но и их надо было оформить, временно разместить, накормить, а потом отправить к месту назначения.

Привокзальный ресторан стал питательным пунктом эвакуированных. Вместо обычных 3 тысячи человек в сутки он стал обслуживать до 20 тысяч человек. Кухня не успевала готовить такое количество пищи. В самом здании вокзала негде было сесть. Задерганный начальник дорожного отдела милиции майор Бызов взмолился о помощи. Он просил обком ВКП(б) организовать специальный эвакопункт вне территории вокзала для прибывающих в Куйбышевскую область, а эшелоны с транзитниками пропускать без остановки. С мнением Бызова согласились и дали задание горсобесу подыскать помещение эвакопункта, где все вновь прибывшие могли бы получить направление на подселение, талоны на питание, справку о начислении пенсий, пособий и другие документы.

Такой эвакопункт начал действовать в районе нынешнего кинотеатра «Россия» на Чернореченской улице. А питание приезжие стали получать через специально открытое во двор окно кухни привокзального ресторана.

В сентябре 1941 года из Москвы стали прибывать составы с оборудованием и работниками 1 ГПЗ. В октябре началась эвакуация московского авиационного завода № 1 имени Сталина и моторостроительного завода № 24. Московских авиастроителей предупредили, что в Куйбышеве их ждут недостроенные корпуса, оборудовать которые пока нечем и нужно перевезти максимально возможное количество инвентаря и оснастки. Поэтому грузили все подряд: трансформаторы, осветительную арматуру, столы, табуретки, тумбочки, сантехнику, оконные рамы. Станки вытаскивали прямо через оконные проемы и на автомашинах отправляли их к вагонам, стоящим на заводских путях. Работали до изнеможения, почти не спали, но все же за 10 дней отправили в Куйбышев столько оборудования, сколько в обычных условиях не перевезли бы и за год.

Потом все работники авиазавода № 1 получили месячную зарплату, продовольствие и во главе с главным инженером отправились несколькими эшелонами на восток. Ехали в теплушках, оборудованных деревянными нарами и печками-буржуйками. На станциях, рискуя отстать, бегали за кипятком и в туалеты. В Куйбышев прибыло 6980 заводчан. Их расселяли по только что вырытым вокруг завода землянкам и барачным постройкам, в которых до них жили заключенные, но места для всех все равно не хватало.

Директор завода Третьяков так вспоминал об этих первых днях: «Партийные и советские организации области и района предоставили все, что было пригодно для жилья. Но так как число эвакуированных превышало всякие возможности, то для массы их просто не оказалось жилой площади. Приемная комиссия завода, встречавшая людей, направляла рабочих в бараки, освобождавшиеся от строителей, а их семьи – в различные районы области для размещения в населенных пунктах. В этих местах уполномоченные завода и представители Советской власти встречали семьи рабочих. Большинство семей оказались временно разрозненными. Ранняя зима, жестокие морозы, повсеместное переуплотнение помещений делали условия жизни крайне трудными».

Очень схожей была картина с эвакуацией воронежского авиазавода. Меньше чем через месяц после начала войны, в июле 1941 года начались бомбежки предприятия. Однажды в жаркий полдень, когда рабочие шли в столовую на обед, над заводом на бреющем полете пролетел «Хейнкель 111». На втором заходе из него посыпались бомбы – добрых полтора десятка. Но что удивительно и непонятно, из них взорвалась только одна. Погибло двое рабочих. Позже выяснилось, что в сброшенных бомбах были установлены взрыватели нового типа, и они не сработали. Неразорвавшиеся боеприпасы потом вывезли в машине с песком за город и там взорвали. Но с этого дня налеты стали регулярными, несмотря на то, что на крышах заводских корпусов установили зенитные орудия. Они не давали фашистам как следует прицелиться и завод продолжал работать, выпуская все больше штурмовиков Ил-2. Но немцы подходили к городу все ближе, и 6 октября директор М.Б.Шенкман получил приказ об эвакуации завода в Куйбышев.

Первый эшелон с оборудованием и семьями заводчан отправился 10 октября. Однако через 200 километров от Воронежа эшелон встал, пропуская идущие на фронт войска, технику, боеприпасы. Железнодорожники были неумолимы, и авиазавод простоял на полустанке несколько дней, пока кто-то из начальства не догадался отнести коменданту станции несколько бутылок спирта.

До Куйбышева доехали через три недели, но зато разгрузку провели очень быстро и сразу же взялись готовить к сборке вывезенный из Воронежа фезюляж Ил-2. Пока на площадку завода № 295 подходило остальное оборудование, а это две с половиной тысячи вагонов и платформ, в недостроенных цехах готовили недостающие узлы штурмовика. 10 декабря 1941 года первый построенный в Куйбышеве Ил-2 поднялся в небо и покачивая крыльями облетел строящийся завод. Этот день считается днем рождения самарского авиазавода.

Завод № 122

А москвичи сразу после прибытия в Куйбышев шли на площадку строящегося завода № 122. Им показывали, где будут размещаться их цеха. В некоторых корпусах уже стояло станочное оборудование. Оно прибыло вместе с самолетостроительными предприятиями, эвакуированными из Таллина, Риги, Каунаса, Минска, Смоленска, Днепропетровска. Это подтверждает справка отдела оборонной промышленности Куйбышевского горкома ВКП(б): «К моменту приезда завода № 1 им. Сталина, завод № 122 уже располагал кадрами рабочих и ИТР в количестве около 5000 человек и оборудованием около 1000 единиц». (ГАСПИ. Ф. 714. On. 1.Д. 900. Л. 29-31. Подлинник.)

Так что москвичи начинали работу не на пустом месте. На площадке будущего завода, правда, не было еще кузницы, компрессорной, полигона для испытания и пристрелки авиационного вооружения. Не было отопления, электричества, воды. Само собой, отсутствовали столовые и медпункты. Но строительство всего этого шло ускоренными темпами.

Начальник Управления особого строительства куйбышевских заводов НКВД СССР, главный строитель Безымянки А.П.Лепилов, лично давал задания на возведение корпусов: «Одну стену сдать через три дня, другую через четыре». Чтобы ускорить кладку, леса ставили с обеих сторон стены. К опытному каменщику ставили двух подручных. Один из них подавал кирпич, другой – раствор. Стена росла буквально на глазах и возводилась обычно даже быстрее чем по заданию. А в это время в будущем корпусе уже устанавливалось оборудование.

В конце октября завод № 122 посетил нарком Авиапрома А.И.Шахурин. Вот как он описывал позже увиденное.

«На площадке, куда я прибыл прямо с аэродрома, творилось что-то невообразимое. Картина, открывшаяся глазу, в первый миг походила на хаос, в котором трудно было что-либо понять. Но стоило приглядеться к этому «муравейнику», как первое впечатление исчезало, все становилось на свои места. На площадке работало более 50 тысяч строителей. Действовала большая, слаженная трудовая армия. Однако строительство было очень далеко от завершения…

Вместе со строителями трудились рабочие и инженеры эвакуированных заводов. Они прокладывали временные железнодорожные пути для продвижения эшелонов с оборудованием в цехи и начинали разгружать это оборудование. В некоторых корпусах оборудование уже устанавливали, хотя крыш еще не было. Работа шла под открытым небом на нескольких уровнях. Внизу размещали станки и прокладывали силовой кабель. По стенам крепили арматуру, тянули проводку осветительной сети. Вверху сооружали кровлю и сваривали балки.

Приехавшие сюда загодя главные инженеры, главные технологи и механики очень точно распределили все заранее. Любой начальник цеха тотчас после прибытия знал свое место, вместе с рабочими помогал строителям поскорее сдать цех.

Страшно неловко себя чувствуешь, зная, что при такой напряженной работе не можешь дать людям не только нормального отдыха в тепле, но даже не имеешь возможности накормить их горячей едой. У разведенных костров эвакуированные кипятили чай (вернее шиповник), обогревались, обедали», вспоминал А.И.Шахурин.

(Продолжение книги здесь:)

Первые публикации темы здесь:


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 1)

Огромная территория к Востоку от Самары, на которой ныне располагаются предприятия и жилые массивы Безымянки, в начале прошлого века практически пустовала. Местность здесь была ровная, с небольшими перелесками. За свое плоское строение она получила у жителей Самары название «Подъ», по аналогии с той части русской печи, на которой пекли подовый хлеб. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 2)

Первые дни войны В полдень 22 июня 1941 года Советское правительство по радио известило страну о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз. На всех заводах Куйбышева прошли митинги с призывами дать опор врагу и увеличить выпуск военной продукции. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 3)

Самые тяжелые дни Враг все ближе подступал к столице. 15 октября 1941 года Государственный комитет обороны в Москве принял трудное историческое решение. Вот оно дословно: >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 4)

Смежники В дни, когда на эвакуированных в Куйбышев заводах № 18 и № 1 шла сборка первых самолетов Ил-2, на моторостроительном заводе № 24 уже испытывали несколько двигателей к новым штурмовикам. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 5)

Как создавался Ил-2 О живучести самолетов Ил-2 сложены легенды. На одном из вернувшихся из боя штурмовиков авиакорпуса генерала Н.П.Каманина механики насчитали более 500 пробоин. После ремонта самолет снова ушел в бой. Пришло время подробнее рассказать о том, как создавался и что представлял из себя легендарный штурмовик Ил-2. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 6)

Штурмовик Ил-10 Самолеты Ил-2 всю войну были эффективным оружием для борьбы с танками и другой немецкой военной техникой. В 1943 году в дополнение к ним КБ Ильюшина разработало еще более мощный и совершенный самолет Ил-10. Это был тяжелый штурмовик — цельнометаллический бронированный моноплан, воплотивший в себе все лучшие качества самолета Ил-2. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 7)

Испытатели Свою первую продукцию — самолеты Ил-2 и МиГ-3 безымянские авиастроители отправляли на фронт сначала в разобранном виде, по железной дороге. Это было дорого и долго, но другого выхода не было: у авиационных заводов № 1 и № 18 аэродром существовал только в проекте. Его начали строить лишь весной 1942 года, и рождался он в трудных условиях. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 8)

Подшипники для танков Во время первого воздушного налета на Москву 22 июля 1941 года множество немецких «зажигалок» упало на главный корпус 1-го государственного подшипникового завода, а также на кузнечный цех, цех точных подшипников, компрессорную и склад лесоматериалов. Ночные налеты стали регулярными и в конце июля было принято решение об эвакуации завода в восточные районы страны. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 9)

По законам военного времени 26 декабря 1941 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР. В нем говорилось, что рабочие и служащие военных предприятий объявлялись на период войны мобилизованными и отвечали за дисциплину труда по законам военного времени. Самовольный уход с работы квалифицировался как дезертирство и карался тюремным заключением на срок от 5 до 8 лет. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 10)

Вести с фронта Письма с фронта. Как их ждали, как радовались им, знает лишь поколение, пережившее войну. Почтальоны, разносившие почту, хорошо отличали «живые» письма от «казенных» — похоронок, и радовались «живым» вместе с их получателями. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 11)

Чай из тарелки Именно так, в тарелках, подавали чай в столовой №1 завода имени Сталина осенью 1944 года. А что делать? Рабочие требуют чая, а посуды нет… >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 12)

*Быт рабочей Безымянки Семьи эвакуированных из Москвы работников авиазавода № 1 из-за отсутствия свободного жилья сначала размещали по всему Куйбышеву и даже в пригородных районах. Очень многие семьи эвакуированных жили в Доме промышленности и Доме сельского хозяйства.

* «Второй фронт» >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 13)

Помощь освобожденным районам Для куйбышевцев Сталинград был не просто город на Волге. Его защищали более 500 воинских частей и подразделений, сформированных под Куйбышевом. Куйбышевская область далеко не одна оказывала помощь освобожденным территориям страны. Но она раньше других начала восстановление разрушенного фашистами народного хозяйства. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 14)

* Авиационный институт Все безымянские предприятия Авиапрома испытывали острый недостаток инженерных кадров. В Куйбышевской области до войны действовало 8 вузов и 35 техникумов, но среди них не было ни одного учебного заведения авиационного профиля.

* В нашем клубе заводском В первые месяцы войны работникам Безымянки было не до развлечений. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 15)

«Говорит Москва» На девятый день войны, 1 июля 1941 года Совнарком СССР принял решение о строительстве близ Куйбышева новой сверхмощной радиостанции. Новая строительная площадка под Куйбышевом была найдена в рекордно короткие сроки — на шестнадцатый день после выхода правительственного постановления. В августе у села Ново-Семейкино Красноярского района начались земляные работы. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 16)

В Фонд обороны Знаменитая телеграмма Сталина безымянским авиастроителям: «Самолеты Ил-2 нужны нашей Красной Армии как воздух, как хлеб. Требую, чтобы выпускали побольше Ил-ов» всколыхнула не только Безымянку, но и всю Куйбышевскую область. В губернии начался сбор средств на строительство боевых машин. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 17)

На мирные рельсы День Победы не был неожиданным для трудовой Безымянки. Все знали, все чувствовали, что войне скоро придет конец, не знали только когда. И не думали, что это может случиться так скоро. Но вот 8 мая по радио пришло известие о подписании акта о капитуляции Германии. А 9 мая по всей стране прокатилось долгожданное известие об окончании войны. Радости не было предела. Люди плакали, обнимались, целовались, пели. >>>


Безымянка без грифа «Секретно» (часть 18. Финал)

Жизнь без войны Даже в условиях послевоенной разрухи, продолжающегося голода и всеобщей дороговизны лето 1945 года было счастливейшим временем для всей страны. Возвращались полные сил и желания работать фронтовики. На выпуск гражданской продукции переходила промышленность. На полях созревал неплохой по тому времени урожай. >>>


Самара today