Уже в первые месяцы войны сельское хозяйство страны понесло огромные потери. Немцы оккупировали территорию, на которой в мирное время производилось 38 процентов зерна, 40 процентов крупного рогатого скота и 60 процентов свиного поголовья. Эти потери срочно должны были компенсировать восточные районы страны, в том числе и Куйбышевская область.

В августе 1941 года пришла пора убирать хлеб. Весной его сеяли с помощью техники полные сил мужчины, а убирали женщины и школьники, причем практически вручную. В самую страдную пору ушли на фронт почти все колхозные механизаторы. Вместе с ними война забрала третью часть тракторного парка и 90 процентов грузовых автомобилей. Даже лошадей в селах области осталось в два раза меньше, чем в довоенные годы. А хлеб нужно было спасать.

    Убирали долго. Лишь к началу октября на территории области были скошены и заскирдованы практически все зерновые. В тот первый военный год страна получила 50 тысяч тонн куйбышевского хлеба. Почти весь он ушел на фронт. Более трех тысяч тонн муки и пшена область отправила в Москву. 560 вагонов продовольствия было направлено трудящимся блокадного Ленинграда. Самарский хлеб в тот год спас от голодной смерти многие тысячи россиян, но сами волжане остались почти без зерна. Особенно остро ощутили это куйбышевцы после введения карточек 1 ноября 1941 года. Вот тогда и вспомнили о картошке, которая не раз выручала в голодные годы.

    Как известно, картофель в России появился еще при Екатерине Второй и очень быстро получил всенародное признание, потому что поле, засеянное картофелем, давало пищи больше чем любая другая сельскохозяйственная культура. Сейчас мы знаем, что в клубнях содержится много витаминов и микроэлементов, необходимых для существования человека. Но в 1941 году было не до полезных свойств картошки, была бы сама она в достатке. А ее остро не хватало городскому населению, увеличившемуся за счет эвакуированных более чем на 200 тысяч человек. Нужны были экстренные меры для обеспечения горожан продовольствием, и они были приняты.

    В те годы любое важное для страны дело начиналось с одобрения каких-либо общественно-полезных починов. После полуголодной зимы 1941-1942 года правительство страны взялось за развитие огородничества, и для этого, как всегда, нашло положительный пример.

    В марте 1942 года все газеты Куйбышевской области опубликовали Постановление Президиума Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов «О выполнении Московским обкомом профсоюза рабочих среднего машиностроения и завкомом Электролампового завода постановления секретариата ВЦСПС о развитии огородничества рабочих и служащих». Название документа длинное и трудночитаемое, но оно отражало суть нового движения и обещание поддержки.

    В постановлении говорилось, что массовое развитие огородничества является важнейшей государственной задачей в обеспечении продовольствием. Что фабрично-заводским и местным комитетам нужно добиться отвода земли под огороды, развивать индивидуальное и коллективное огородничество, оказывать помощь вспашкой земли, обеспечением семенами и рассадой. В документе говорилось даже о необходимости применять передовые методы при посадке картофеля, об организации сбора верхушек клубней для семян, а также заготовки золы и навоза для удобрения участков.

    По всей стране, занятой производством продукции для фронта, началось еще и освоение пригородных земель, пригодных для выращивания овощей и картофеля. В Куйбышевской области на развитие огородничества и заводских подсобных хозяйств весной 1942 года было выделено 55,5 тысяч га земли. Если в 1941 году в губернии было 20 тысяч огородников, то в 1942 году их стало более 100 тысяч, а к 1944 году — 212,5 тысяч! Даже в засушливом 1943 году каждая куйбышевская семья собрала со своего участка в среднем 320 килограммов картофеля и овощей. Это было огромное подспорье в снабжении населения продовольствием. Но путь к урожаю был долгим и трудным.

    Начать с того, что предельно загруженные возросшей программой выпуска штурмовиков Ил-2, работники безымянских заводов в 1942 году припоздали с организацией выделения участков. Например, на заводе имени Сталина уточнение числа огородников затянулось до мая. Задержались и с изготовлением инвентаря – лопат, мотыг, граблей. Достаточного количества семян негде было взять, потому что не хватало даже пищевого картофеля, а семена лука, свеклы, огурцов можно было приобрести только на рынке, втридорога. В результате огородники посадили картофель и овощи лишь к концу мая, на месяц позже лучших агротехнических сроков и получили никудышный урожай.

    Но даже и этот первый картофель частично был разворован. Газета «Сталинец» писала в октябре 1942 года о задержании спекулянта Зазнова, который продавал рабочим заводской картофель по цене 4 рубля 75 копеек за килограмм, тогда как завком установил цену всего 65 копеек. Жалобы на злоупотребления при продаже картофеля шли всю осень. В конце года совет огородников при завкоме завода № 1 честно признал, что полевой сезон был провален и взялся исправлять положение.

    Уже в январе 1943 на заводе № 1 был организован сбор верхушек клубней картофеля, заказаны семена и рассада овощей. Зимой же начался ремонт тракторов для вспашки огородов, стали создаваться запасы горючего. Ранней весной всем желающим были выделены участки земли без ограничения по размерам. Получилось 11 гектаров. Землю организованно вспахали, поставили охрану.

    Завком закупил для членов семей фронтовиков семенной картофель, рассаду капусты и помидор. Была организована доставка людей на прополку, а чтобы не было сутолоки, составили график посещаемости огородов. С железной дорогой договорились об организации четырех дополнительных остановок поездов близ земельных участков. Железнодорожники пошли навстречу горожанам и разрешили бесплатный провоз овощей и картофеля в период уборки. Вот тогда-то и были получены 320 килограммов картофеля и овощей в среднем на семью.

    По сегодняшним меркам это был очень скромный урожай, но его удалось сберечь, потому что заводской комитет принял решение разрешить тем работникам завода, которые жили на первых этажах жилых зданий, сделать погреба у себя под полом. А с заводскими овощехранилищами договорились поместить на хранение урожай тех заводчан, которые не имели своих погребов. Все знали, что предстоящая зима будет трудной.

    Летом 1943 года засуха погубила в колхозах даже хорошие посевы. Средняя урожайность зерновых составила 4,9 центнера с гектара. Если в нелегком 1942 году хозяйства области сдали государству 318 тысяч тонн зерна, то в 1943 году – в два раза меньше – 145,2 тысяч тонн. Куйбышевская область оказалась на грани бедствия.

    Первыми, как всегда, пострадали сами крестьяне. Они с осени стали употреблять в пищу различные суррогаты – желуди, семена лебеды, крапиву. Хлеб пекли пополам с картошкой, с просяной лузгой или подсолнечным жмыхом. Питались даже трупами павших от бескормицы животных. После того, как было отмечено несколько случаев гибели людей от голода, в высокие инстанции стали поступать донесения о бедствии. На учет были взяты ослабленные дети и взрослые. Их через колхозы и потребкооперацию стали обеспечивать дополнительным питанием.

    Весной 1944 года пришла новая беда. Изголодавшиеся крестьянские ребятишки выходили на освободившиеся от снега поля и собирали для еды колоски прошлогоднего хлеба. Откуда им было знать, что перезимовавшие под снегом колосья и семена проса таят смертельную опасность – грибок, вызывающий септическую ангину. После первых же смертельных случаев по всей области стали вести разъяснительную работу, строжайше запретили сбор прошлогодних колосьев. Но все равно зимой 1943-1944 года от недоедания и септической ангины погибло немало людей.

    На заводах Безымянки положение с продовольствием той зимой было гораздо лучше. Сказалась прибавка, полученная с заводских огородов. Картошка стала самым распространенным домашним блюдом. За неимением жиров ее чаще всего просто варили. Искуссные хозяйки делали из нее всевозможные запеканки, котлеты, зразы и прочие вкусности, пользующиеся популярностью даже в наши дни. Подмерзшая и подгнившая картошка тоже не пропадала: из нее тайком гнали самогон. Ближе к весне клубни мыли особенно тщательно, а очистки сохраняли. Когда кончалась картошка, из очисток можно было сварить суп. Из них даже готовили «искусственный мед» — патоку. В газете «Правда» была опубликована заметка, как из картофельных очисток можно получать до 15 процентов заменителя меда. Словом, картошка в те годы была настоящим национальным спасением. Огромное спасибо ей за это!

При подготовке материала редакция использовала документы, опубликованные государственными архивами Самарской области, а также материалы заводской газеты «Сталинец»