В четверг президентским указом «Об администрации» завершено оформление российской власти второго путинского срока. «Силовики» считались построенными еще в середине первого срока, тогда же изменился Совет Федерации.

По результатам выборов в Госдуму сложилась полуторапартийная политическая система, затем досрочное формирование правительства нового типа, наконец, изменение структуры администрации, которая занималась всеми предыдущими новшествами. Она, видимо, была лучшим органом власти, поскольку изменилась меньше всех: по-другому названы должности тех же людей с теми же полномочиями. Приготовлены властные инструменты. Как будет работать ими мастер и какое изделие он задумал? – попытался ответить Алексей Пивоваров.

Пресс-служба Президента Российской Федерации представляет: Владимир Путин и Дмитрий Медведев в протокольной видеозаписи «Встреча в Бочаровом ручье».

Владимир Путин, президент РФ: «Мы обсуждали уже достаточно давно вопрос реорганизации администрации президента, насколько я понял – вы готовы. Пожалуйста, я вас слушаю».

Слегка постановочным выглядит, конечно, любое протокольное мероприятие – на то и протокол. Но поверить, что президент так работает с документами, все-таки невозможно. Подвели обкомовские декорации южной резиденции. Вот еще одна съемка: Путин принимает полпреда Яковлева. Подразумевается, что тот стол в глубине – рабочий. Тяжело изобразить публичную политику там, где публичности и в помине нет.

Владимир Путин, президент РФ: «Я эту формулу сам придумал. Может быть ее еще кто-нибудь излагал, но мне кажется, что я ее придумал сам. Искусство политики заключается в том, чтобы найти золотую середину между необходимым и возможным».

Что необходимо, а что возможно – президент тоже определит сам. На его втором сроке кадры решают все, что он захочет. Мало ли, что над задачей билось целое министерство, если ответ не совпал с президентским, значит, это неправильный ответ.

Герман Греф, министр экономического развития и торговли РФ: «Конечно, желательно этих цифр достичь за четырехлетие».

Владимир Путин, президент РФ: «Хороший начальник. Это не «желательно», это нужно сделать. Мы с Вами уже говорили на этот счет. Вы мне сами докладывали цифры, докладывали расчеты Ваших специалистов, есть конкретный план, который Вами же и подготовлен. Не стесняйтесь. Прямо так и скажите: за три года эта цифра будет достигнута».

Спустя неделю отстающего Грефа снова вызовут к доске: проверить, усвоен ли урок. Усвоен.

Герман Греф, министр экономического развития и торговли РФ: «Когда военнослужащий получает эту квартиру в собственность и если он не проживает в этой квартире, то он может сдать ее в аренду и получить рыночный доход от использования этой квартиры и соответственно…».

Владимир Путин, президент РФ: «Ну, это, я думаю, все без вас уже сообразили».

В 90-ые власть была делом сакральным, и кроме «Борис Николаич» страна знала другие имена–отчества: «Геннадий Андреич», «Юр Михалыч» «Александр Сталич».

Ко второму путинскому сроку власть окончательно стала делом техники: ее обслуживают техническое правительство, технический парламент и редкий избиратель вспомнит отчество Грефа: Героскч, он и есть Героскч. Внятной артикуляции подлежит лишь одно имя.

Евгений Груздев, победитель конкурса предвыборного плаката: «В первую очередь я хотел бы поблагодарить дорогого Владимира Владимировича, так только благодаря мудрой политике Владимира Владимировича и честнейшим выборам Владимира Владимировича мне удалось стать победителем в конкурсе плакатов, посвященному выборам нашего Владимира Владимировича».

Нижегородец Груздев выиграл интернет-конкурс предвыборного плаката. Плакатов прислали сотни, и все, как один, про Путина. В частных разговорах даже члены жюри удивлялись: как это люди не боятся под этим подписываться. Но едкая сатира, она только в Интернете и осталась. В реальном мире такое говорят не шутя.

Нина Очирова, директор Калмыцкого института гуманитарных исследований: «Я хочу обратиться к вам, кубанские казаки, и к вам, казаки Тихого Дона, и к гордым сынам могучего Кавказа. Давайте поможем нашему президенту, и тогда у нас все получится».

Вот ведь как удачно совпало – Путин приехал в Сочи, а тут как раз форум народов Кавказа. В советской печати для таких материалов была постоянная рубрика: «В единой семье братских народов». «Руководитель чеченской республики товарищ Кадыров беседует с представителями казацкой общественности».

Ахмат Кадыров, президент Чечни: «Мы казаки!».

И как тут справиться с нахлынувшими чувствами. Как не вспомнить, что президент Северной Осетии был когда-то первым секретарем Северо-Осетинского Обкома и членом Политбюро?

Александр Дзасохов, президент Северной Осетии: «Горячо и сердечно поздравим президента Российской Федерации с новым доверием народов России и выразим уверенность, что дела нашего государства пойдут в гору».

Это проговорка по Фрейду: «горячо и сердечно» приветствовали только генерального секретаря. А, дальше, как правило, отмечали его «личные заслуги». «Если женщина красива и в постели горяча – это личная заслуга Леонида Ильича». Кому ж еще пожаловаться на отдельные недоработки в искусстве, как не лучшему другу кинематографистов?

Ахмат Кадыров, президент Чечни: «Целый сериал как российский спецназ уничтожает дурных чеченцев, дебильных. Два-три спецназовца, 200 боевиков, они сразу всех. Тут прилетает вертолет, они как трупы падают, раз, раз».

О том, как все на самом деле, говорить не стали. Зачем вспоминать, что кроме имама Шамиля есть в Чечне и другой Шамиль.

Владимир Путин, президент РФ: «Хотелось бы здесь, на форуме, который собрал и старейшин, и молодежь, напомнить завещание имама Шамиля своим сыновьям. Он призывал их хранить верность российскому государству, жить в мире и согласии с его народами».

«Хранить верность» — не совсем точная цитата. Обращаясь к Александру Второму имам Шамиль писал: «Я завещал детям питать вечную благодарность к тебе, государь. Я завещал им быть верноподданными царям России», а это совсем другие чувства.

Завещание выполнили не все дети Шамиля. Вскоре после смерти имама его сын Гази-Магомед вступил в турецкую армию и воевал против России в русско-турецкой войне.

«Повседневная жизнь Кремля при президентах» стала доступной накануне выборов. При Ельцине Владимир Шевченко руководил тем самым кремлевским протоколом. Его мемуары похожи на свод нормативных актов, но в них зарыто сенсационное признание. Шевченко первым из чиновников такого уровня описал подземный ход из Кремля на Старую площадь – в кремлевскую администрацию. По подземелью, оказывается, ходит специальный трамвайчик. Это, видимо, и есть механизм эпохи стабильности: непосвященные его не видят.

На поверхность прорываются лишь цифровые схемы: к 2010 году удвоить ВВП, улучшить уровень жизни за три (никак не за четыре) года. Первый вице-премьер должен быть один, а министерств – не более 17-ти.

По ночам на шпиле вертикали власти загорается главный кабалистический символ — пятиконечная ПУТИводная звезда: ее лучи – это парламент, правительство, «силовики», губернаторы и администрация президента.

Может, кто-то воскликнет: «Да это же плановая экономика!». Нет. Это просто все идет по плану путинской четырехлетки. У нынешней уже есть свой девиз.

Владимир Путин, президент РФ: «Я могу это сделать, значит, должен!».

Леонид Надиров, первый замминистра по культуре и массовым коммуникациям: «Мы решили, раз мы можем, значит, мы должны».

Мучительные поиски национальной идеи, наконец, увенчались успехом. Президент Российской Федерации. С ним теперь связаны и судьба, и жизнь.

Владимир Яковлев, полномочный представитель президента в Южном Федеральном округе: «Сколько? Ровно столько, сколько отведет нам судьба, жизнь и президент».

По весне на родине Леонида Ильича случился туристический бум. На экскурсию «по брежневским местам» едут целыми автобусами. Гостям показывают домик героя, его вещи, его бюст и вместо «застой» говорят «стабильность».

Фрагмент экскурсии: «Это было самое стабильное время в 20 веке».

Программа «Намедни» НТВ

28.03.2004

НТВ